Книга Архитектор Душ Х, страница 40 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Я выдержал его взгляд.

— Чтобы ею распоряжаться, Ваше Императорское Величество, я должен сперва с ней как следует разобраться, — ответил я прямо, без попыток увильнуть в демагогию.

Император медленно кивнул, принимая этот ответ как допустимый, но недостаточный.

— Думаешь, у тебя получится? — спросил он, и в его голосе прозвучало искреннее сомнение. — Инквизиторы обучаются этому годами. Их отбирают с самого детства, перестраивают восприятие, заставляют зубрить древние трактаты и практиковаться десятилетиями. И даже при таком подходе лишь немногим удается достичь хотя бы уровня Мастера Инквизиции. Это сложнейшая наука, требующая абсолютной самоотдачи.

Я едва сдержался, чтобы не улыбнуться. Перед внутренним взором мгновенно возник Корней. Мой друг, Мастер Инквизиции, человек, посвятивший жизнь служению. Я прекрасно помнил, каким уровнем он обладал. Ему было подвластно лишь базовое магическое «зрение», с помощью которого он мог видеть психею, оценивать ее состояние, возможно, замечать следы проклятий или одержимости. Может, он обладал и немногим большим — мог поставить легкий блок или подавить волю слабого человека.

Но то, что делал я… Разрубание смертельных узлов энергии внутри чужого тела, перенаправление потоков, формирование боевых кинетических сфер, чтение остаточных воспоминаний в мертвых тканях. Это был совершенно иной порядок.

— Не сочтите за грубость, Ваше Императорское Величество… — начал я, тщательно подбирая слова, чтобы не прозвучать слишком заносчиво.

— Можешь говорить все, что у тебя на уме, — перебил меня Император. Его голос прозвучал ровно, но веско. Он откинулся на спинку кресла, демонстрируя готовность слушать. — Считай, что эта беседа происходит между нами и никуда дальше не пойдет. Оставь придворный этикет за дверью. Продолжай.

Я кивнул головой, принимая позволение. Разрешение на откровенность от монарха — редкая привилегия. Однако, это не значит, что я сейчас же начну вываливать все, что мне хочется. Нет, все равно буду аккуратно подбирать слова.

— Но я думаю, что если вы внимательно посмотрите на записи с камер из Актового зала, то поймете одну простую вещь, — произнес я спокойно. — Мой нынешний уровень уже значительно выше уровня Мастера Инквизиции. Это не бахвальство, Ваше Величество, а сухой факт. Те манипуляции, которые я провел сегодня, спасая девушку, и та концентрация, с которой я нейтрализовал самозванца, лежат за пределами их стандартной подготовки.

Император улыбнулся уголками губ, чуть сощурив глаза.

— Именно поэтому я и спрашиваю, что ты собираешься делать со своей силой.

— Познавать дальше. Разбираться в ее механизмах, — ответил я. — И пользоваться ею во благо.

— Во чье благо? — не унимался он, чуть подавшись вперед. — Понятие блага крайне субъективно. Для волка благо — это съесть овцу. Для овцы — чтобы волк сдох от голода.

Я положил руки на стол, открыто демонстрируя ладони.

— Ваше Императорское Величество, у меня есть четкая система координат, — заговорил я уверенно. — Если меня или моих близких будут пытаться убить — я не позволю этого сделать и буду использовать все доступные мне средства, чтобы сохранить жизнь. Если на секционном столе передо мной лежит тело, и методами классической медицины я не могу разобраться в истинной причине смерти покойного, я буду использовать свою силу, чтобы докопаться до истины, потому что таков мой профессиональный долг. Если мне по пути попадется человек, у которого случился инфаркт, инсульт или анафилактический шок, и счет идет на секунды — я приложу все допустимые мне магические силы, чтобы спасти его от смерти, потому что я в первую очередь врач.