Книга Друид. Исток Жизни, страница 122 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Я полез во внутренний карман куртки и достал завёрнутый в тряпицу предмет. Развернул ткань и показал Северскому.

Штырь-дестабилизатор. Тот самый металлический стержень с гравированными символами, от которого до сих пор тянуло остаточной магией.

Северский посмотрел на штырь.

— Узнаёте? – спросил я.

Он промолчал. Но я видел, как его пальцы на одеяле вздрогнули.

— Этот штырь заказали вы, Сергей Викентьевич, – продолжил я. – У Петра Андреевича Оленского. Сказали ему, что хотите снять родовое проклятье. А вместо этого вторглись в мои земли и уничтожили печать, которая держала барьер между моей территорией и Поволжской аномалией. Результат вам известен. Монстры, разрушения, люди в опасности.

Виктор рядом со мной подался вперёд на стуле. Охотник смотрел на отца с тем выражением, с каким допрашивают пойманного врага. Без жалости, без снисхождения. Только холодное ожидание ответа.

Северский закашлялся снова. Дольше, чем в прошлый раз. Когда приступ прошёл, он вытер рот тыльной стороной ладони и заговорил. Голос его стал ещё тише, и мне пришлось придвинуться, чтобы разобрать слова.

— Расскажу, – сказал он. – Раз уж начал, расскажу всё до конца.

Он перевёл дух и продолжил:

— Когда я понял, что достаточно стар и час мой недалёк, первое, о чём я подумал: наследников у меня нет. Законных нет. Есть только двое бастардов, которых я же и выгнал. Виктор исчез, Павел бродит зверем по лесам. Я начал понимать, что умру один, и после меня останется пустое имение, которое растащат соседи. Род прервётся. Земля отойдёт государству. Всё, что строил дед и прадед, сгинет.

— И ты решил спасти Павла, – догадался Виктор.

— Да. Проклятье, которое я на него перекинул, мог снять только очень сильный маг. Или существо, которое разбирается в крови и родовых узлах. Я искал такого. Долго. И нашёл.

Северский сглотнул, и я увидел, как ходит кадык на его истончившейся шее.

— Тенелист, – произнёс он.

Виктор рядом со мной вздрогнул.

Мне же стало ещё интереснее. Я подозревал это и раньше, ещё после разговора с Оленским. Но подозрение и подтверждение из первых уст совершенно разные вещи.

Теперь картина дополнилась важнейшим фрагментом: Тенелист не просто расширяет аномалию. Он активно вербует людей по ту сторону барьера. Ищет слабых, отчаявшихся, тех, кому нечего терять. Предлагает сделки, которые выглядят как спасение, а на деле открывают ему дорогу к новым территориям. Классическая схема поглощения: найти уязвимую компанию, пообещать инвестиции, а после подписания контракта забрать всё до последней копейки.

— Он вышел на меня сам, – продолжил Северский. – Я даже не знаю, что это такое. Человеком его назвать язык не поворачивается. Предложил мне сделку. Он снимет проклятье с Павла, а я разрушу барьер на ваших землях, господин Дубровский. Для этого мне и понадобился штырь. Тенелист объяснил, что именно нужно сделать, куда вбить, в какой день.

— И вы согласились, – констатировал я.

— Понимал, что он, скорее всего, обманет, – голос Северского сделался совсем хриплым. – Такие существа не держат слово. У них нет чести, нет понятия о долге. Но у меня не осталось других вариантов. Никто не хотел связываться с родовым проклятьем такой силы. А Тенелист… Он хотя бы пообещал попробовать. И я за эту соломинку ухватился.