Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
— Не всегда! Бывает сильный блок и тогда нужно искать именно того, кто его поставил. — Брр… — встряхиваю головой. — Это же почти нереально. — Как сказать! В твоем случае, наоборот. Уверен, что знаю «кто», но не знаю, как снять… — И кто же? — Твои родители, — Андрей выдерживает небольшую паузу. — Пытались облегчить жизнь единственной дочери и уберечь от участи, которая постигла их. — Ка… кая участь? — запинаюсь в словах и сажусь, упираясь руками в Зепара. — Их убили… — О чем… ты? Они пропали, но перед этим меня оставили… — Прости, Вит, — кидает без капли сожаления Зепар. — Это неправда. Александр все знает, — стегает безжалостно и даже хлестко. Меня словно ледяной водой окатывают. Сердце ухает вниз, вновь подскакивает и принимается яростно стучать. — Он их тогда нашел, но было уже поздно. Чтобы оградить тебя от страшной правды, в итоге скрыл, — заканчивает спокойно. — Это неправильно! — задыхаюсь. Как же так?!. Я живу столько лет, пытаюсь понять: почему меня бросили родители, а Никитин скрывает, что их убили! — Вит… — Зепар тянет меня на себя. — Иди ты! — зло взвинчиваюсь с постели. — Что еще скрываете? — почти взвизгиваю от негодования. Грудь нервно вздымается, стискиваю кулаки. — С ними расправились очень жестоко, — бьет по больному Андрей и точно не замечает чудовищности произносимого. — Их обезглавили… — Издеваешься? — шиплю. — Теперь подробностями завалишь? — Только если попросишь, — обдает холодом. — Нет! — уже кричу, рывком тяну из-под Андрея цветастую простынь, чтобы укрыться. Зепар с ледяным спокойствием и неспешностью вальяжного кота, чуть двигается. Вновь дергаю — ткань послушно летит ко мне. Дрожащими руками обматываюсь: — Я взбешена, разъярена, обижена. Хочу закончить разговор. Пока не готова к новым ужасам. Меня трясет от ярости. Мерею комнату шагами, пыхчу, задыхаюсь от злобы. Как смеет Александр скрывать подобное? Мне! Кого называет дочерью, ангелом своим… О боже! Что несу? Гнев улетучивается, останавливаюсь возле окна и гляжу на ночной Питер. Даже сейчас жизнь бурлит, не утрачивает яркости и блеска. Пестрят огни, шумят машины, любители погулять спешат небольшими группами. Город замрет только, если случится глобальная природная катастрофа или инопланетное завоевание с полным уничтожением расы. Грубо, жестоко, но жизнь продолжается, несмотря ни на что, а если зацикливаться на боли и утратах, можно потерять нечто важное — отпущенные тебе года. По крайней мере, Андрей в этом убедил меня весьма доходчиво. А на Александра грех злиться. Никитин заботлив. Боится, за меня, вот и молчит. Кто знает, как бы на его месте поступила я. Вероятно, также. Главное другое: родители меня не просто так бросили… ведь любящие сердца подобным образом не поступают. Обрывочный сон… неясные видения… короткие воспоминания… Малость, которая есть. Картинку сложить очень сложно, но я точно помню ощущения. Мама и папа мной дорожили. Такое невозможно передать словами, доказать научно — дано только почувствовать. И во сне я чувствовала: родители меня любили так сильно, что не причинили бы зла. Что, если бросили, чтобы уберечь, как и сказал Зепар? Причина веская, особенно, когда враги прижимают со всех сторон. Выхода нет, зато есть нечто, требующее сохранности — то, чем дорожишь… важнее собственной жизни! Они решились на отчаянный шаг — спрятать «это». Оставить меня и бежать, отвлекая внимание. Так сказать, взять удар на себя. Дать мне хоть крошечный шанс на спасение… Спасти, во что бы то ни стало — ценою своих жизней. Возможно, Андрей прав. «Наследство» от них… |