Книга Зима на Полынной улице, страница 78 – Денис Лукьянов, Татьяна Лакизюк, Анастасия Райнер, и др.

Аня кивнула.

— С наступающим вас.

Призрак грустно улыбнулся и ответил:

— И тебя!

Чувствуя, как какое-то новое переживание охватывает ее, Аня поспешила через дорогу, не оглядываясь на призрака.

Осенью бабушка с дедом решились наконец провести телефон, так что на тумбочке в прихожей теперь красовался новенький голубой аппарат. Аня еще ни разу не звонила по нему сама, но несколько раз наблюдала, как это делает бабушка. Ничего сложного с виду в этом не было.

Они отметили Новый год всей семьей. Сережка опять задирался и грозил отобрать ее новенький блокнот для записей. Аня не выдержала и пожаловалась маме, так что случился очередной скандал, и блокнот до конца каникул и отъезда обратно в квартиру перекочевал в мамину сумку. В общем, до шестого января ей было совсем не до обещаний и звонков.

Тетушки и мама были на работе, бабушка и братья ушли в церковь и потом в магазин, а дома остались только зачитавшийся новым детективом дедушка и сама Аня. Наконец она добралась до телефона. Номер справочной бабушка записала маркером прямо на обоях рядом, так что Аня сняла трубку и набрала его.

— Слушаю вас, – ответил глухой голос на том конце провода.

— Здравствуйте! Подскажите, пожалуйста, номер Екатерины Смирновой, адрес Бутлерова, двадцать семь, квартира десять.

— Записывайте, – через пару секунд шуршания ответила оператор, и Аня быстро под ее диктовку записала номер.

Повесив трубку, она плюхнулась на стул и тяжело выдохнула. Как будто стометровку на физкультуре заставили пробежать, а не поговорить по телефону! Она и не думала, что это так сложно.

Но самое сложное было впереди.

Аня осторожно, сверяя цифру за цифрой, набрала записанный номер и стала слушать долгие гудки. Никто не отвечал примерно минуту, а потом запыхавшийся девичий голос произнес:

— Алло!

Аня сглотнула и ответила:

— Здравствуйте! Мне нужна Настя.

— Это я. А вы кто?

— Ты меня не знаешь, я по поручению звоню. Меня просили передать, что Дарвин скучает по Элайзе.

Повисло молчание, а потом Настя воскликнула зло и одновременно испуганно:

— Это шутка какая-то?!

— Прости, я даже не знаю, что это значит, но меня просили передать.

— Кто?

Аня собралась с духом и выпалила:

— Твой папа.

— Да как тебе не стыдно! – в голосе звучали обида и злость такие сильные, что Ане и не снились. – Пользуешься тем, что про него в новостях говорили, и хулиганишь! Сколько можно?!

Аня поняла, что сейчас Настя повесит трубку, и попыталась ее остановить:

— Подожди, я понимаю, как это звучит, но я с ним говорила! И он просил тебя приехать на остановку у рынка!

— Я никуда не поеду, а ты если еще раз позвонишь, я все маме расскажу и на тебя в полицию пожалуюсь!

— Жалуйся, – покорно согласилась Аня. – Я бы тоже не поверила. Да и сама не особо верю, если честно. Я не знаю, что это за фраза такая, но ты же явно ею пользовалась только с папой, да?

Настя на другом конце телефона замолчала, но трубку не повесила. Она молчала почти минуту, и Аня уже представила, как будет ругаться бабушка, когда придет счет.

— Это из мультика, там девочку зовут Элайза, и она такая рыжая, в очках. И у нее есть обезьяна по имени Дарвин, говорящая. Когда мне ставили брекеты, папа сказал, что теперь будет моим Дарвином: меня первое время больше никто не понимал, так тяжело было говорить.