Книга Сновичи, страница 97 – Надя Сова

— Я первая столетница, – сказала старуха. – Меня зовут Яра. Я живу столько, сколько существует Ладный мир. Даже первый воевода Стражи прожил меньше.

— Значит, вы храните у себя абсолютное знание об обоих мирах? – уточнил Гриша.

— Ты умный мальчик, – улыбнулась Яра. – И я действительно знаю многое, но не все. Мир меняется, и даже тот, кто живет вечно, не успевает познать все. Поэтому столетних душ много. Они ходят по мирам, выполняют поручения дуба. Кому надоедает – становятся частью Великого древа, передают ему свои знания.

— Вы свои передадите дубу?

— Мне еще не надоела эта жизнь. – Яра опять посмотрела на петли и продолжила стучать спицами. – Но если древо потребует, я это сделаю.

Грише показалось, что в последних словах не было искренности. Словно старая столетняя душа придумала что-то свое и нарушила уже какое-то обещание. Звериное чутье внутри Колдуненко подсказывало: так оно и есть.

— Так что мне должны были рассказать? – напомнил Гриша Бурову.

— Помнишь сказку, которую я рассказывал вам на первом занятии подготовительных курсов?

— Про ту, что есть в каждой мифологии? – Гриша помнил. – Мы после нее попали первый раз в сон с Камилем. Она, правда, в вашем исполнении была немного другой.

— Помнишь детали?

— У нас сегодня исторический экскурс? – Тревожное ощущение подобралось совсем близко. – Спустились на землю Большая и Малая Медведицы. Большую убили, и колдун сделал себе из ее шкуры шубу, чтобы обращаться медведем. А Малая убежала.

— И бегала Малая Медведица много-много лет по лесам и полям, пока не нашла себе пристанище. Потому пришло время вспомнить и отомстить.

— Отомстить за что?

Гриша запутался. Либо Буров специально путал его, либо его теория, которая была такой стройной изначально, вдруг стала разваливаться.

— За кого, – поправил его Александр. – За убийство Большой Медведицы.

— Насколько я знаю, они не мстили. – Гриша покосился на Яру, но та молча вязала, не вмешиваясь в разговор. – Они существа другого порядка, и у них нет такого понятия, как месть.

— Малая Медведица слишком много времени провела среди людей, – развел руками Буров.

— Скажите прямо! – не выдержал Гриша и крикнул. Голос сорвался, ушел на рык – глубокий, гортанный.

— Гриша, – тихо позвал Буров. – Ты и есть Малая Медведица. Твоя душа.

* * *

— И что? Мне каждое поручение теперь выполнять? – Мира скрестила руки на груди.

Жить в квартире, полной пчел, не такое уж и страшное испытание. Жила же она в домике ведьмы у леса, и нормально все было.

Но меньше всего Мире хотелось подчиняться. Она слишком долго прожила вольной птицей, отвечала только за себя, и никто ей не указывал, что делать. Даже собранная на коленке секта, которая была уверена, что правит городом.

— А ты хочешь скакать по городу и ничего не делать?

Интересно, Ставр всегда был таким невыносимым или за десять лет изменился?

— Хочу свою жизнь жить!

Аргументы Брюта были весомые, и это бесило. Бесило то, что она действительно во многом могла поступить иначе, но сделала так, как сделала. Из-за нее погибли люди, и не один. Не десять… Эти мысли Мира гнала от себя, не давая давно уснувшей совести вылезти и задавить ее. Зато она сделала все, чтобы секта ведомых закончила свое существование. Без главного никто не подумает искать вход в Ладный мир.