Книга Станция Лихо, страница 115 – Надя Сова

Лихо нацелилось в спину Льву, я это видела. У него не было любимчиков, были только выгодные марионетки.

Я вспомнила, как Лихо воспользовалось телом Фомы, но у того была душа, а у Льва души почти не осталось. Вся сгорела от его дел. Идеальная оболочка для самой темной твари. И я решила этой твари помочь.

Протянула вперед руку, представив, что хватаю Льва за голень. А потом резко сжала кулак и дернула на себя. Нога хрустнула, и парень упал, крича от боли. Нора за моей спиной вскрикнула. Возможно, столетницы никогда не использовали силу, чтобы увечить, никогда не причиняли боль. Лечили, да, но не наоборот. А мне терять было нечего, и я не столетница, у меня нет правил, которые могут сдерживать. Все рамки существовали только в моей голове, и я решила, что в память о Знате и моей прошлой жизни можно ими пренебречь.

Лев обхватил сломанную ногу и выл. Я молча смотрела, как к нему приближается Лихо. Не спеша, аккуратно ступая прямыми ногами-полозьями, помогая себе длинными руками. Оно медленно высунуло изо рта язык, и тот развернулся до самой земли. Всякие-разные стояли тихо и не мешали.

Лев обернулся и на этот раз закричал от страха. Он наконец понял, что Лихо не союзник, не товарищ и не начальник.

Лихо – это беда, гнилая, уродующая все беда. Беда для всех, для людей, для навьих тварей, для целого мира.

Чудовище наклонилось к своему почитателю совсем близко. Лев даже успел что-то попросить сквозь слезы. Попробовал отодвинуться, но не смог: Лихо поставило руку на землю, преграждая путь. Второй рукой аккуратно обняло сильное молодое тело и стало погружаться в плоть.

Лев кричал, срывая голос, извивался, пытался вырваться, оттолкнуть чудовище, которое влезало все глубже в его тело. Я видела, что у Льва пошла носом кровь, но не алая, а черная. Черная кровь Лихо.

Они легли вместе на асфальт и затихли. Лихо полностью слилось с телом Льва, исчезли длинные ноги, жуткие руки. А сам Лев стал сизым, с белыми-белыми волосами.

Пока я думала, что делать дальше, Лев поднялся. Не Лев, а Лихо в теле Льва. У парня и при жизни были светлые глаза, а сейчас они стали полностью белыми. Полностью, без оттенков, неживые. И его не было жалко. Ни капельки.

— Яна, что нам делать? – спросила Нора.

— Ты знаешь, что тебе надо сделать, – сказала я не поворачиваясь.

— Но это убийство! – возмутилась она.

— Они все давно мертвы! – прорычала я. Даже рогатый ворон испугался и отпрыгнул. – Ты же можешь схлопнуть город, сделай это!

Нора покачала головой и отступила.

— Не могу, мы не можем этого делать.

— Чего ты боишься? – Теперь настала моя очередь терпеливо объяснить столетнице суть. – Ты боишься гнева Великого древа? Думаешь, если сделаешь это, тебя проклянут?

— Я уже проклята. – Нора открыла все глаза.

— Значит, тебе нечего терять. – Я улыбнулась. – Убивай. Или нет, поменяй термины – освобождай, спасай город.

— Я не могу. – Упрямая девушка стояла на своем.

— Хорошо, что я не столетница, я могу.

Пока мы препирались, Лев подобрался ближе.

Як встал у него на пути, крепко сжав топор на длинной рукояти.

— Пока есть время, доберитесь наконец до дерева, – сказал он не оборачиваясь. – Нора, помнишь, мы говорили, что именно ты можешь и не можешь делать?

Девушка кивнула, поджав губы.

— Это они не могут, потому что связаны правилами, – продолжал Як. – Для тебя правил не существует. Для тебя и твоего ворона.