Книга Фальшивая жена, страница 127 – Алекс Вон

— Почти… — выдохнул он.

Впереди показалась железная лестница, уходящая вверх, к круглому люку.

Дэниел первым отпустил мою руку — всего на секунду — и начал быстро подниматься. Затем протянул мне ладонь.

— Давай.

Я поднялась следом, цепляясь за него, за воздух, за последнюю надежду.

Он с усилием толкнул люк.

На мгновение ничего не произошло.

А потом — щелчок.

Свежий воздух ворвался внутрь, холодный и резкий. Запах хвои, влажной земли и свободы.

Дэниел выбрался наружу и сразу помог мне. Я вывалилась следом, тяжело дыша, чувствуя под руками мягкую траву.

Мы были в лесу.

Высокие деревья окружали нас со всех сторон, скрывая нас от мира. Лунный свет пробивался сквозь ветви, рисуя на земле бледные пятна. Где-то вдали шумел ветер.

Я смотрела на него, всё ещё не веря.

— Мы… выбрались?

Он кивнул, но его лицо оставалось напряжённым.

— Это только начало.

Я сделала шаг к нему, всё ещё пытаясь осознать происходящее.

— Ты правда всё это… подготовил заранее?

Он на секунду закрыл глаза, будто собираясь с мыслями, а потом тихо ответил.

— Я знал, что однажды мне придётся тебя спасти.

Моё сердце сжалось.

Но в его голосе было что-то ещё.

Не облегчение.

Прощание.

Мы бежали.

Чувство паники сжимало грудь, не позволяя сделать ни шагу в сторону. Все вокруг рассыпалось в расплывчатых тенях — мир казался невыносимо ярким, прежде чем вдруг стал тёмным, как сама ночь.

Без оглядки. Без остановки. Без права замедлиться.

Лес, словно живое существо, поглощал нас — ветви хлестали по лицу, цепляясь за одежду, мокрая трава соскальзывала под ногами, корни пытались сбить с ритма, как если бы сами деревья были против нашего бегства. Воздух был холодным, резал лёгкие, но останавливаться было страшнее. Это была не просто погоня. Это была борьба за жизнь.

Я уже не чувствовала пальцев. Только рука Дэниела — его тепло всё ещё держало меня, как якорь в этом хаосе.

— Мы… уже далеко? — выдохнула я, чувствуя, как ноги подкашивались, и я едва не споткнулась. Каждый звук леса казался оглушающим — чириканье птиц превращалось в угрозу.

— Недостаточно, — коротко ответил он, как будто в его голосе сквозила сталь, несмотря на всю усталость.

И мы продолжили.

Минуты растягивались в бесконечность. Или это были часы — я уже не понимала. Всё смешалось: темнота, бешеное дыхание, эта нереальная боль в груди, его шаги рядом. И, неожиданно, тишина.

Никто не преследовал нас.

Ни криков. Ни шагов. Ни света фонарей за спиной.

Это было почти хуже. Пустота нависла над нами, как свинцовое облако, заставляя сердце биться быстрее от страха перед необъяснимым.

— Дэниел… — я всё же вырвала руку, замедляясь. — Подожди.

Он остановился не сразу, сделав ещё несколько шагов, словно не мог заставить себя прекратить движение, и только потом резко обернулся, в его глазах были тени ещё не исчерпанного страха и чего-то ещё — отчаяния.

— Нельзя останавливаться, — произнёс он с несомненной решимостью.

— Мы уже не слышим никого, — я тяжело дышала, сгибаясь пополам, словно за каждую искру моего дыхания приходилось платить. — Пожалуйста… хоть на минуту.

Его взгляд был проницательным и всепроникающим. Я чувствовала, как время останавливается между нами — это был незамедлительный обмен тяготами, страх и надежда сквозь пелену лесного мрака.