Книга Нас не должно быть, страница 18 – Алина Цебро

— Ты пойдёшь сегодня на концерт? — Лира вытирает пальцы влажной салфеткой, потом берёт ватную палочку и начинает возиться с тушью. Размазывает тень под глазами, делая взгляд глубже, затем аккуратно убирает всё лишнее.

Честно? Выглядит так же, как и пять минут назад.

— А надо? — вздыхаю, облокачиваясь на кафельную стену рядом с ней.

Мы в женском туалете университета, так что тут воняет дешёвым парфюмом и кофе из автомата. Обсуждаем вечер. Да, сегодня мой день рождения. Но это не повод сидеть дома с родителями, хотя именно этого мне и хочется.

— Ну да, я же тебе билеты подарила! — говорит она с таким видом, будто это величайший подвиг человечества.

«Подарила» — громкое слово. Группу «Фантомы» я не слышала, не знаю и, честно, не интересуюсь. Но Лира три недели твердила, что купила билеты «ещё в прошлом месяце, нет, в прошлом году, блин, ты не представляешь, как я ждала!»

На самом деле, она подарила их себе. Просто решила, что мне должно понравиться то же, что и ей.

— Лир, ты же понимаешь, что эти билеты — твои. Ты их хочешь. Я — нет.

— Как ты можешь не знать «Фантомов»?! — Она почти кричит, как будто я оскорбила святыню. — Они два года рвут чарты! Просто рвут, Эс!

Я бросаю взгляд на телефон. Ещё пять минут до пары.

Последнее время рядом с Лирой стало… сложно. Она будто перестала замечать, что я не её отражение. Что мне необязательно любить её музыку, её фильмы, её идеи о «крутых» подарках.

— Блин, подруга, — она смягчается, переключаясь на старый режим: «мы с тобой навеки». — Когда тебе было пятнадцать, я молча играла в твои войнушки с солдатиками. Пошли со мной. Что я там одна буду делать? У тебя же с родителями только в девять, а концерт в пять.

Я колеблюсь. Коул писал, что задержится. Дома делать нечего. И, чёрт возьми, я устала спорить.

— Ладно.

— ВИИИИИУ! — Лира визжит и прыгает на меня, обвивая руками шею. Я держу её, как муравей, несущий лист. И смеюсь, несмотря на всё.

— Зайду за тобой в четыре! — говорит она, уже направляясь к выходу. — У нас ВИП! Значит, не с толпой. Ну, послушай заранее хотя бы пару песен, а? Пожалуйста!

Она не ждёт ответа. Убегает, едва успевая на звонок.

Я выхожу в коридор — и почти сталкиваюсь с Элизой. Она в чёрных ботильонах на платформе, в обтягивающих кожаных штанах и, на удивление, в белоснежной рубашке. Выглядит как гость из альтернативной вселенной.

— В двенадцать? — спрашивает она, не здороваясь.

Я киваю и протягиваю свёрток — аккуратный, завёрнутый в чёртежную бумагу.

— А, да. С др.

Улыбаюсь. Хмыкаю. Салютую двумя пальцами и иду по коридору, чувствуя, как день рождения уже начинает тянуть за собой что-то новое.

Как будто сегодня — не конец, а начало.

Эстер

— Думаешь, они нас заметят?

Пожимаю плечами, не отрывая взгляда от сцены. Неоновые вывески мерцают, будто дышат. По краям развешаны старые куклы — с оторванными руками, выцарапанными глазами, в рваных платьях. Выглядит жутковато. Но круто.

Меня не сцена напрягает, а толпа.

Я ненавижу людей. Не в смысле «не люблю вечеринки». Я физически не выношу их давления, шума, хаотичных движений. Это не прихоть. Это СДВГ — когда твой мозг не фильтрует информацию и каждая молекула вокруг кричит одновременно. На концертах я задыхаюсь. Буквально. Как будто горло сжимает невидимая рука.