Книга Нас не должно быть, страница 15 – Алина Цебро

А мне этого не дано.

Не с ней. Не с Эстер.

— Я уезжаю.

Да, учёба. Да, остался один экзамен. Но это не важно. Я сдам его дистанционно. Всё, что важно это исчезнуть. Пока она ещё не поняла, что я — монстр.

Мама оборачивается первой. Её глаза расширяются. Ариана Голден прикрывает рот ладонью, подходит ближе. Отец хмурится, но молчит.

— Сынок… ты весь мокрый. Что случилось?

Всё, мам. Я не выдержал. Я целовал её. Я разрушил всё.

— Я уезжаю в Швейцарию. Учиться.

Голос ровный и холодный. Как у отца. Чётко. По делу. Без эмоций. Но папа на этот раз не учит. Он просто подходит к маме и встаёт рядом. Оба смотрят на меня.

— Ты не закончил учёбу. Почему такое решение? Неделю назад ты отказался от приглашения.

Я не отвечаю. Потому что, если скажу — они поймут. Поймут, какое чудовище вырастили под видом сына.

— Мам, пап… пожалуйста. Просто примите это. Когда я решусь рассказать — расскажу. Вы же знаете.

Мама плачет. Тихо, без истерики. Я обнимаю её, и поверх её плеча умоляющим взглядом смотрю на отца. Он кивает.

— Я отвезу тебя в аэропорт. Сейчас организую джет. Собирай вещи.

Я благодарно киваю, позволяя маме уткнуться в моё плечо.

— Люк… что-то серьёзное случилось?

— Мам, я очень тебя люблю.

Из коридора раздаётся лёгкий шорох. Хизер, моя младшая сестра, стоит в дверном проёме. Её глаза огромны. Губы приоткрыты в беззвучном вопросе. Я чуть приподнимаю руку. Она бросается ко мне. Обнимаю её крепко. Пахнет детским шампунем и ванилью.

— Я вас обеих люблю. Вы — моя семья. Но сейчас… хочу попробовать сделать то, что могу.

И ухожу, оставляя за спиной всё, что у меня было.

Включая её.

Включая нас.

Эстер

— Я не могу без него… — шепчу я, и голос уже не мой. — Я не умею…

Тело трясёт. Я задыхаюсь. Слёзы не кончаются. Я сворачиваюсь в комок, плачу без звука, потому что внутри уже нет сил даже на крик. Дыхание — рваное, поверхностное. Я задыхаюсь. Глаза застилает тьма по краям. Голова гудит. В ушах — только собственный пульс и этот ужасный, бесконечный вопрос: почему?

Я не чувствую, как вбегает мама. Не сразу. Но когда её руки обхватывают меня, такие тёплые, знакомые, настоящие, я вцепляюсь в неё, как в последнее, что ещё держит меня на земле.

— Дыши, моя девочка… — шепчет мама.

— Он не попрощался, мам… — шепчу я, задыхаясь. — Он даже… не сказал…

Она смотрит на Ариану. Голос тихий, но ледяной:

— Позвони Саксу. Пусть приезжает. Сейчас.

Я не сопротивляюсь.

Не кричу больше.

Просто лежу, дрожа, задыхаясь, плача в тишине, потому что самое громкое уже случилось: Он ушёл, и даже не обернулся.

Сакс (отец Эстер из книги "Самая тёмная ночь)

Врываюсь в дом Хейга и Арианы, ноги сами несут, сердце колотится где-то в горле. Сразу вижу: Лилиан на полу. Рядом с ней Эстер. Свёрнутая, дрожащая, как сломанная ветка.

— Что произошло?

Ариана по телефону ничего внятного не сказала. Думаю, именно поэтому звонила она, потому что я не буду кричать на неё. А вот на Хейга стал бы.

— Пааааап…

Эстер тянется ко мне, голос — жалобный, ломкий, как стекло под напряжением. Я опускаюсь на колени, потом ложусь рядом, принимаю её в позу эмбриона — маленькую, потерянную, разбитую.

— Доченька, что случилось?

Чувствую, как Лилиан отстраняется, перестаёт гладить Эстер по голове. Я беру это на себя. Мои пальцы медленно проводят по её виску, по мокрым щекам, по растрёпанным прядям. Она дрожит. Всё тело ощущается в напряжении, как струна, готовая лопнуть.