Книга Огонь, пепел и ветер, страница 159 – Северина Мар

Агата замерла, пытаясь ничем не выдать своего изумления. Выходит, что Фрол Зерион — злодей, предавший страну, связавшийся с Андалур и, заставивший Цицелию сражаться против Андроника Великого, считал себя героем! Он думал, что спасает Империю, а не предает ее огню.

Он отпустил ее волосы, и нежно, и даже бережно, взяв за подбородок, повернул ее лицо к себе.

— Агата, признаться, мое мнение о тебе множество раз менялось за время нашего знакомства, — сказал он, и впервые за все время разговора, стал похож на себя прежнего — вежливого и учтивого верховного служителя. — Сперва мне казалось, что ты можешь быть полезной, затем, что тебя лучше убрать. Пришлось отдать приказ Исоре, чтобы она подрезала ремни у твоего седла перед фернальбином, а затем, чтобы она помогла тебе провалиться вниз в Драконьем ложе. Конечно, была еще эта история во время третьего испытания… Но и тогда ты выжила. Ты оказалась крайне живучей. Сперва меня это злило, но теперь я вижу, что может быть, так и лучше. Ведь твой дар, — он коснулся ее волос, пропуская пряди сквозь пальцы. — Твой дар весьма редок, ты последняя из оставшихся в живых детей Амори.

— Детей Амори? — переспросила Агата, стараясь скрыть дрожь, охватившую ее, от его касаний.

— Да. Видишь ли, живший некогда алый небесный дракон до того, как окончательно озлобиться и решить уничтожить человечество, сумел случайно обрюхатить деревенскую девку. Ни до ни после такого не случалось. Считается, что человек не может понести от дракона, но тут, как то получилось. Даже обидно, что результатом стали совсем обычные жалкие деревенщины, наделенные лишь двумя особенностями — алыми волосами и умением понимать змей.

Агата прижала ладонь к стеклу, старясь устоять на ногах. Голова закружилась при мысли о том, что она была потомком дракона.

— Мне всегда казалось, что всех подобных тебе уничтожили во время неистовства, тем удивительнее было встретить тебя, однажды. Когда начался Отбор стало ясно, что ты обладаешь чрезмерным влиянием на дракона и лучше будет тебя устранить, но теперь я вижу, что ты слишком глупа и слаба, чтобы стать преградой, а твой дар может пригодиться, когда на свет появится новый дракон… В первое время он не будет обладать человеческим обличьем и понадобится, кто-то способный ему все объяснить.

Фрол Зерион говорил столь уверенно, словно все уже было решено. От холодной предопределенности и расчетливости в его словах, Агату охватил дикий ужас.

Внезапно, их разговор прервал шум за дверью. Из коридора доносились крики и грохот.

— Ферналий хвост, — выругалось тело Миры. — Ей вы, идите разберитесь, что там случилось! И убейте их, наконец!

Послушавшись его приказу, солдаты выбежали из гостиной. Они остались вдвоем, не считая неподвижно сидевшего на диване мальчика, и лежавшего без сознания брата Сильвия.

Агата поняла, что не имеет права упускать такую возможность.

— Я… я всегда восхищалась вашим острым умом, брат Фрол! — воскликнула она, хватая тело Миры за руку. — Теперь же я вижу, что вы не только гениальны, но еще и смелы и радеете о будущем Империи, как никто другой! Разумеется, дракон-император — ужасен! Он настоящее чудовище, занявшее трон! Как же замечательно, что кто-то сумел бросить ему вызов, и, наконец, его одолеть!