Книга Сердце истинного вампира, страница 63 – Северина Мар

— Разве это не их выбор? Если не захотели учиться…

— Думаешь, это так просто? Захотели учиться – и пошли?

— А разве нет? У нас в стране бесплатное образование.

— Да, вот только доступно оно не всем. Льготных мест на всех не хватает. Их спускают в города вроде Хортска по паре десятков в год, а на деревни, как наша, их и вовсе не остается. У моих учеников не будет иного пути, только пахать, как волы, на лесоповале, как делают их родители.

— Но все ведь не могут быть достаточно умными, чтобы поступать в университеты и академии, кто-то должен…

— Кто-то должен делать грязную работу, раз элита не желает пачкать рук! – со злостью выдохнула Тамара.

То ли услышав отголоски надвигающейся ссоры, то ли заскучав в одиночестве на кухне, к ним поскребся Яков.

— Панде, вы готовы? Пора идти, а то времени уже много.

Тамара тут же сменила злобно-недовольное лицо на добренькое и милое, словно не собиралась мгновение назад откусить Катаржине голову.

— Не готовы еще, подожди, – сказала она Якову с ласковой улыбкой. – Не стоит, чтобы все знали, что ты оборотень, – добавила она, поворачиваясь к Катаржине. – Вашего брата здесь не слишком любят.

— Что? – Катаржина удивленно подняла брови.

В иных обстоятельствах она бы лично отправила Тамару в тюрьму за такие слова, но, во‑первых, та и так жила едва ли лучше, а во‑вторых, пока она была полезна, не стоило с ней ссориться.

— Оборотни – защитники человечества, между прочим, – возразила Катаржина, в то время как Тамара, забыв о ней, рылась на полках старого скрипучего платяного шкафа. – Если бы не семь кланов оборотней, люди так и страдали бы под гнетом вампиров…

— Ой, сменили острое на соленое, – протянула Тамара, не оборачиваясь. – Тоже мне защитнички!

Катаржина хотела продолжить препираться, но ее прервал Яков:

— Панде, давайте поторопимся, хорошо?

— Хорошо, хорошо, – согласилась Тамара.

Она наконец нашла, что искала, и, подойдя к Катаржине, завязала на ее шее чуть изношенный аляповатый шерстяной платок. Ее глаза на мгновение вспыхнули, она что-то прошептала и провела обеими руками вдоль ее тела, отчего по коже Катаржины пробежала щекотка.

— Вот, так-то лучше. Теперь никто не догадается, что ты оборотень. Главное – ни в коем случае не снимай платок.

Катаржина подошла к встроенному в дверку шкафа зеркалу и вздрогнула: на нее смотрела молодая, но изможденная и уставшая девушка. Ее кожа истончилась, став болезненно-бледной, под тусклыми глазами залегли темные тени. Черты лица стали грубее и одутловатее, а волосы казались сухими и ломкими.

— Что ты сделала? – зашипела Катаржина, хватаясь за щеки.

Под пальцами она ощутила привычную нежную и упругую кожу.

— Это всего лишь иллюзия, – успокоила ее Тамара. – Снимешь платок – и все пройдет.

Катаржина стянула платок с шеи, и отражение тут же сменилось на прежний холеный и цветущий вид. Надела обратно – и лицо отекло, а в глазах погас огонь.

На языке вертелся вопрос: знают ли в Ведомстве парапсихологии и Ведомстве популяции о том, что в затерянной среди снегов и сосен деревеньке, притворяясь простой сельской учительницей, скрывается ведьма? Усилием воли Катаржина удержала вопрос при себе. Придет время, и она обязательно его задаст, а Тамаре придется на него ответить.

Они вышли на освещенную фонарями улицу. Под ногами хрустел снег. Пока Катаржина спала, огромные сугробы успели расчистить, проложив узкие тропы, по которым можно было идти гуськом.