Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 82 – Е. Лань

Слеза, горячая и непокорная, сорвалась с моих ресниц и впиталась в грубую кожу его доспеха.

Я не могла ему сказать. Я была слишком слаба, слишком эгоистична, чтобы разрушить эту сказку. Я, Лин Сюэ, которая никогда никого не жалела, теперь боялась ранить сердце этого взрослого, наивного ребенка.

«Я не скажу ему, — приняла я решение, и это решение легло на мои плечи тяжелым грузом вины. — Я буду играть эту роль до конца. Я защищу его от своей собственной тьмы. Я уничтожу Мастера Ма, а потом... потом я придумаю, как исчезнуть так, чтобы он запомнил меня той невинной девой, которой я никогда не была».

— Спасибо вам, Мин-Хо, — прошептала я, позволяя себе впервые в жизни полностью, без остатка расслабиться в чужих объятиях. Моя голова удобно устроилась на его плече. — Спасибо за то, что вы... такой.

— Спите, моя нежная лилия, — он легонько коснулся губами моих волос. Жест, целомудренный и полный глубочайшего благоговения. — Буря не вечна. Завтра взойдет солнце, и мы продолжим наш путь.

Я закрыла глаза. Тепло его тела прогоняло последние остатки холода. Под монотонный гул ветра за пределами пещеры и мерный стук его сердца я погрузилась в сон.

POV Лин Сюэ

Утро в пещере Шепчущих Пиков пришло с глухим, недовольным ворчанием медведя Балу.

Я медленно открыла глаза. Сквозь щели между камнями, завалившими вход, пробивались бледные лучи зимнего солнца. Буря, бушевавшая всю ночь и грозящая стереть нас в порошок, наконец утихла, оставив после себя тишину заснеженных гор.

Я всё еще находилась в кольце его рук.

Чон Мин-Хо спал, прислонившись спиной к неровной каменной стене. Его дыхание было глубоким и спокойным, а грудь, служившая мне самой надежной опорой в этой жизни, мерно вздымалась. Тепло его тела, его бесконечная, согревающая энергия Ян всё еще окутывала меня невидимым, спасительным коконом, не пуская внутрь ни холод, ни тревоги.

Я осторожно, боясь потревожить его сон, приподняла голову.

В тусклом свете утра лицо мужчины казалось умиротворенным. Исчезла суровая, порой комичная напряженность воина, ищущего, кого бы спасти. Сейчас он выглядел просто молодым мужчиной — поразительно красивым, с аристократическими чертами лица, которые он явно унаследовал от матери, Леди Юн Соры, и твердой, непреклонной линией подбородка, доставшейся от отца-генерала.

Моя рука, освободившись из-под тяжелого волчьего плаща, сама потянулась к его лицу. Кончики моих пальцев, привыкшие к холодным рукоятям кинжалов, едва ощутимо коснулись его щеки, обводя контур скулы.

«Ты — моя погибель, — прошептала я одними губами, чувствуя, как внутри сжимается сердце. — Я строила свою империю теней из страха и крови, а ты разрушил её одной лишь искренностью».

Стоило моим пальцам коснуться его кожи, как ресницы Мин-Хо дрогнули. Инстинкты южного мечника сработали безупречно. Он открыл глаза, и в первую секунду в них полыхнул огонь готовности к бою, но, встретившись с моим взглядом, этот огонь мгновенно угас, сменившись такой теплой, сонной нежностью, что мне захотелось спрятать лицо в ладонях.

— Доброе утро, Госпожа Лин, — его голос был хриплым ото сна, глубоким и вибрирующим. Он не спешил убирать свои руки с моей талии. — Как ваше самочувствие? Холод больше не тревожит ваши меридианы?

Я поспешно отстранилась, отсаживаясь на край расстеленного плаща, и принялась судорожно поправлять растрепавшиеся волосы. Мои щеки пылали.