Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 39 – Е. Лань

— Замерзли, Госпожа? — он заметил мой пристальный взгляд и мгновенно подобрался, его лицо озарилось искренней тревогой.

Он отстегнул от пояса свою флягу, обитую кожей, и протянул мне.

— Сделайте глоток. Это настойка на огненном корне, она обжигает горло, но разгоняет кровь быстрее, чем бег в гору.

Я посмотрела на флягу, а затем на его грубые пальцы, которые были в шрамах из-за тренировок, которые бережно держали её за горлышко, чтобы не коснуться того места, к которому я приложусь губами.

Он был таким... невыносимо правильным.

Моя рука медленно потянулась к фляге, мои холодные пальцы на мгновение коснулись его теплых костяшек.

И в этот миг, вопреки всей логике, вопреки моему ледяному расчету и инстинкту самосохранения, глубоко в моей груди, там, где должно было биться холодное сердце безжалостной убийцы, что-то дрогнуло.

Это была искра, крошечная, едва заметная искра тепла, проскочившая между нами.

Я никогда не встречала людей, которые смотрели на меня не как на инструмент, не как на угрозу или добычу. Он смотрел на меня как на драгоценность, которую нужно оберегать.

И это было так странно... и так пугающе приятно.

«Соберись, Сюэ, — мысленно дала я себе пощечину, с трудом отводя взгляд от его глаз. — Это инстинкт выживания играет с тобой злую шутку. Тебе просто нужно, чтобы он выжил, поэтому твой мозг пытается найти в нем положительные черты».

Я взяла флягу, поднесла к губам и сделала обжигающий глоток. Напиток действительно полыхнул огнем в желудке, и на глазах появились слезы.

— Кхе-кхе... Воистину, это напиток для драконов, Господин Чон, — прохрипела я, возвращая ему флягу.

Мин-Хо просиял, принимая мои слова как высшую похвалу.

— Вы очень храбрая женщина, Лин Сюэ, — произнес он, и его голос снова стал низким и бархатным.

— Большинство столичных дам упали бы в обморок от одного запаха этого корня, а вы пьете его, не дрогнув.

Он пододвинулся чуть ближе, жар от костра смешался с жаром, исходящим от его тела.

— Вы сказали, что боитесь Мастера Ма, боитесь этого жестокого мира, но я вижу в ваших глазах сталь, Госпожа. Такую же сталь, какую любила собирать моя матушка в виде... декоративных ножей.

Он подмигнул мне, явно гордясь своей «проницательностью».

Мое сердце совершило кульбит. Мужчина не был глуп, он просто видел мир через призму своего собственного, чистого благородства. Он интерпретировал мою тьму как скрытую силу, нуждающуюся в защите.

— Вы... вы ошибаетесь во мне, Мин-Хо, — впервые я назвала его по имени, без титула, слова вырвались сами собой. — Я не такая, какой вы меня видите. Моя душа... она полна теней.

Я ожидала, что он начнет спорить, что начнет убеждать меня в обратном, сыпать воинскими клятвами.

Но он вдруг стал серьезным. Улыбка сошла с его лица и он посмотрел на меня так глубоко, что мне показалось, будто он видит сквозь мою кожу, сквозь мою ложь, прямо в тот самый черный колодец, которым я стала за годы управления «Ночным Пеплом».

— Тени бывают только там, где есть свет, Сюэ, — тихо ответил он.

Мин-Хо медленно протянул руку, давая мне возможность отстраниться, но я сидела, как парализованная.

Его огромная, теплая ладонь коснулась моей щеки, мозоли царапнули нежную кожу, но прикосновение было бережным, как касание крыла бабочки.