Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 32 – Е. Лань

Любой простолюдин или трусливый столичный чиновник, увидев этот арсенал, закричал бы от ужаса, любой стражник поднял бы тревогу, распознав в этом набор профессионального, элитного убийцы.

Но я был сыном Чон Хасо и Юн Соры. Я вырос в доме, где оружие было не просто инструментом, а философией и предметом поклонения.

Я осторожно, двумя пальцами, поднял один из метательных ножей.

Великие предки! Какая работа!

Балансировка была абсолютно, пугающе идеальной, центр тяжести смещен ровно на треть от острия — то, что нужно для броска на дальнюю дистанцию без потери пробивной силы.

Я провел большим пальцем по матовому лезвию. Специальное воронение, чтобы клинок не блестел в лунном свете и не выдал позицию бросающего. А эти глубокие, узкие желобки вдоль лезвия...

Обыватель решил бы, что это для кровопускания. Но я-то знал! Мой отец рассказывал, что такие желобки делают лучшие кузнецы Запада, чтобы при полете нож издавал специфический, высокий свист, дезориентирующий противника за долю секунды до попадания!

— Невероятно, — прошептал я, бережно перебирая рассыпанное сокровище. — Какая тонкая, изысканная коллекция...

В этот момент в коридоре послышались торопливые, легкие шаги.

Лин Сюэ вернулась и замерла в дверном проеме.

POV Лин Сюэ

Я стояла на пороге своей комнаты и чувствовала, как ледяной холод сковывает мои внутренности.

Мой сундук лежал на боку, крышка распахнута. Мой личный, тайный арсенал — инструменты, с помощью которых я оборвала десятки жизней во благо ордена «Ночного Пепла» — был выставлен напоказ.

В центре комнаты на одном колене стоял Чон Мин-Хо.

В его огромной, мозолистой руке был зажат мой любимый стилет «Поцелуй Вдовы» — клинок, чьи желобки были специально расширены для удержания парализующего яда из тех самых флаконов, что валялись рядом.

Мужчина всё видел и, кажется, он всё понял.

Моя легенда рассыпалась в прах быстрее, чем я успела моргнуть. Этот южный медведь, прикидывающийся простофилей, всё-таки перехитрил меня. Он специально вызвался нести сундук и уронил его. Мин-Хо искал доказательства, и все-таки нашел их.

Времени на раздумья не было.

Мое тело сработало на чистых инстинктах. Я не стала кричать или оправдываться.

Моя рука молниеносно скользнула в рукав, пальцы нащупали холодную рукоять запасного метательного ножа, который я всегда носила с собой. Я сделала бесшумный, скользящий шаг в комнату, смещая центр тяжести.

Я знала, что не смогу победить его в открытом бою на мечах, но сейчас он стоял на коленях, его спина была расслаблена, а внимание приковано к моим игрушкам.

Один бросок в незащищенное место между шейными позвонками, яд сделает свое дело за три удара сердца. Мне придется бежать из города, прятаться от гнева Императрицы Ю-Ри всю оставшуюся жизнь, но сейчас речь шла о выживании здесь и сейчас.

Я подняла руку для броска, концентрируя всю свою Ци на кончике лезвия.

И тут Мин-Хо медленно, словно в трансе, повернул ко мне голову.

В его глазах не было ни триумфа разоблачителя, ни ярости праведника, обнаружившего змею в своем гнезде.

В его темных, огромных глазах стояли слезы. Слезы абсолютного, щенячьего восторга и благоговения.

— Госпожа Лин... — прошептал он срывающимся, полным трепета голосом.

Я замерла, так и не выпустив нож из руки. Рукав скрывал мое движение, но каждая мышца в теле была напряжена до предела.