Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 102 – Мария Вельская

«Давай убьём её», — шептал недовольный зверь внутри, — «эта мерзость достойна самой мучительной смерти. Вообразила себя всесильной. Посмела использовать древнюю благородную технику артефактного оружия, чтобы наказывать других. Бить слабого… глупо и неинтересно. Нужно защитить нашу драгоценность. Нужно спрятать её высоко в горах в гнезде, окружить стражей из сильнейших детей неба. Правила? Какие правила? Мы их пишем. Давай уничтожим поскорее всех, кто мешает нам слиться с нашим Ветром. Без Ветра нет Крыльев, не Полета… Без неё нет нас».

У него было всё просто.

Шаннер потёр пальцами переносицу. Даже железным принцам иногда нужно спать. Он успел вздремнуть пару часов — и сам не ожидал, что так расслабиться в этой комнате. Здесь, где Аэри почти не бывала, всё-таки висел её запах. Мягкий аромат ветра, соли, моря, которое она никогда не видела, жалил ноздри. Дразнил.

Она снова удивила его. Девочка-женщина. Она готова была идти вперед, ломая ногти, готова была учиться на своих ошибках, готова была отдать жизнь за свою семью. И даже ненавидя, она не желала терять честь. Тристан. Тристан стоял между ними. Тристан мешал ему назвать женщину, которую он желал видеть рядом, своей.

— Нельзя, — произнес он вслух, аккуратно перекладывая свою ношу на постель и плотнее укрывая одеялом. Её лицо во сне было таким безмятежным… — пока мы не можем уничтожить врага и взять то, что хочется.

Он говорит сам с собой. Возможно, ему пора сдаться целителям. А может и нет. Потому что каждый в этом дворце сходит с ума по-своему.

Внутренняя сущность недовольно заворчала. Он сжал руку в кулак, чувствуя, как туманится сознание, как приходит знакомая раздвоенность, за которой — потеря контроля. Когти вошли в ладонь.

— Нет! — Яростно прошипел сквозь стиснутые зубы. — Не сейчас! Мхаровы мхи, я не имею права…

Тело выгнулось. Захрустели суставы, сжались мышцы.

Нет. Терпи. Нет. Нельзя. Рывком он развернулся к кровати и нагнулся, жадно вбирая ноздрями знакомый морской аромат. Наклонился ниже, касаясь губами её лба. Золотистая прядь волос защекотала ему нос.

Во сне она казалась хрупкой. Аэри Сорлейн. Женщина, которая заставила его измениться. Заставила забыть о долге и нарушить все обещания, которые он себе когда-то давал. Он не мог не чувствовать. Не тянуться к ней. Не хотеть. Она была его чудом, надеждой, последней отрадой.

Из груди вырвался рык. Неохотно отступала злая ярость и прятался на грани сознания зверь, жаждущий крови и смертей. Но сколько ещё он сможет его сдерживать? Наступит тот момент, когда его застанут врасплох, спровоцируют и низвергнут. Этого нельзя было допустить.

У них осталось совсем мало времени, и он был вынужден признать… затея Аэри с провокацией императрицы была гениальной. Хоть и смертельно опасной. Он бы искусал и заласкал это чудовище под личиной невинной леди. Теперь у него есть, с чем обратиться к отцу.

Вроде бы мелочь, но император не имеет права оставить подобное без ответа. Свидетелей хватало.

Императрица будет изолирована хотя бы на время. Но это очень много — сейчас на счету каждый день. Каждый час. Каждая минута. Она занервничает. Уже занервничала. И сделает ошибку. Снова. И снова. И… он будет ждать этих ошибок.

— Малькольм, — переговорный артефакт вспыхнул синим. Кронпринц бросил последний мягкий взгляд на силуэт спящей девушки — и покинул комнату, — ты здесь?