Книга Фрейлина. Путь домой, страница 178 – Тамара Шатохина

Дальше следовали молитвы. Все мы слушали их, склонив головы и дружно крестясь, когда положено. Потом священник благословил жениха и невесту, и они обменялись помолвочными кольцами. Синий мундир и нежно-мятное платье… собранные лица, сдержанные выверенные жесты, этикет. Все официально, правильно, так, как положено.

И не сказать, чтобы разочарование…

Но тут, надев невесте на палец кольцо червонного золота, Тушин вдруг притянул ее ладонь и прижал к своей щеке, улыбаясь и неотрывно глядя в глаза. А она замерла, глядя в ответ. Сказать, что замерла, как мышь под веником… нет — маменька моя буквально светилась от счастья!

— Слава Богу, — тихо выдохнула я.

И тут все заговорили, стали поздравлять. Вынесли шампанское. Звенели бокалы, шумели гости, приветливо отвечали им хозяева праздника. Под шум поздравлений жених и невеста степенно прошлись за руку, сделав круг… бессмысленное на первый взгляд действо, скорее всего, и было одним из отголосков обрядового язычества.

Священник вручил невесте благословенную икону.

А дальше Тушин прошел к ряду дворни, выстроившейся в линейку, и стал одаривать каждого денежкой. Потом гостей пригласили к застолью и объявили небольшой бал после. А если попросту и без лишнего пафоса — местные танцы.

Из подъехавшей коляски выгружались музыканты, тащили инструменты.

Мама представила меня своим гостям, Тушин познакомил с офицерами. Наибольшую симпатию вызвал невысокий, едва ли не ниже меня ростом молодой человек с круглым светлым лицом. Открытым и приятным лицом, глядя на него, хотелось улыбаться. Два остальных точно были представителями высокого общества — это чувствовалось во всем. Уставное выражение красивых лиц, сдержанность, выправка, выверенность движений — такое в крови, дано с рождения.

За праздничным столом жандармов посадили напротив меня, чуть наискосок. Когда все немного насытились, пошли разговоры… негромкая музыка, доносившаяся со стороны террасы, им не мешала. Какая-то дама восторженно воспевала красоту аксельбантов… я особо не прислушивалась и помалкивала — могла не попасть в тему.

— А вы, Таисия Алексеевна? — тихо поинтересовался один из мужчин — Басов.

— А я, Анатолий Владимирович?.. Простите, прослушала сам вопрос? — вежливо уточнила я.

— Это вы меня простите, но к разговору об аксельбантах — как вы относитесь к военному мундиру?

— К военным отношусь прекрасно, — кивнула я, — и странно, если бы иначе — вы наши защитники. Что касаемо военной формы… она красива, но годится лишь для выхода в свет и парадов. Те же аксельбанты…

— Так вы не поклонница аксельбантов, Таисия Алексеевна? — поднял удивленно брови второй аристократ — Доломанов.

— Я — за безопасность, Антон Иванович. Полагаю, аксельбанты вскоре останутся лишь на парадном мундире.

— Любопытно, — отозвался Тушин, — объясните подробнее, Таисия Алексеевна.

— Легко, — пожала я плечами, — широкие плечи, блестящий мундир, высокий воротник, заставляющий держать голову высоко и даже надменно... все это работает на образ власти и дисциплины. Армия все еще строится не столько на боевой эффективности, как на внешнем впечатлении — военный должен выглядеть так, чтобы внушать уважение уже одним своим видом. В эпоху линейной тактики, парадов и строевого боя эполеты были вполне себе… логичной частью военной формы. Они подходили к тому времени, когда армия должна была быть заметной и грозно красивой.