Онлайн книга «Фрейлина. Путь домой»
|
«Ни креста, ни цветов, ни плиты на могиле... Не приходят с поклоном, не уходят в слезах, Только каркает ворон да проклятие в силе Нелюбви и презренья в безразличных глазах. Доказать не сумел, что чего-нибудь стоил - Не успел, не добился признанья родных. Счастья в браке искал — хоть его-то достоин? В нем отказано также — одном на двоих. Я мечтаю вернуть то прекрасное время, Когда в силах людских вроде Господа быть. Позабыв о себе, ни о чем не жалея, Журавля позабыть и синицу любить.» Отложив лист, я смотрела с вопросом… — Я упаду императрице в ноги, Тая. Это бесчеловечно… каждое горе требует своего времени. Мне понадобились многие годы… и ты также еще не готова. Я прямо сейчас иду собираться, — решительно встала она, — выеду поутру рано, к ночи надеюсь вернуться. Александра Федоровна никогда не отказывала мне в аудиенции. — Я не против, попробуй — а вдруг?.. — надеялась, но и очень сильно сомневалась я. Вот уж кто выпихнет меня замуж с радостью, так это Костина мама: — Но только после помолвки, а она через два дня, — остановила я ее, — гости, жених… а вдруг задержишься? Сама я здесь не справлюсь. — Девочка моя… как же ты любила! — плакала она, обнимая меня. А я стояла и тупила — уже выплакалась, пока писала эти строки и сейчас уже не находила в себе причин для подобной экспрессии. Я хотела, чтобы Фредерик жил и многое отдала бы за это. Любила ли? Если можно любить без чувственного влечения, то да — любила. Что-то со мной явно не так… Господин Тушин прибыл поздно вечером перед самой помолвкой, а с ним трое гостей-мужчин — все гораздо моложе жениха и все приятного вида. Я наблюдала за ними из окна, но к ужину с гостями не вышла — уже поела и готовилась ко сну. Очевидно, маменька была в курсе предстоящего жандармского нашествия, потому что перед этим был приведен в порядок гостевой домик в саду. Мужчин разместили там. Правда то, что гости жениха его сослуживцы, я поняла только на следующий день, когда все они вышли к обряду в синих мундирах. При саблях, эполетах и в блестящих касках с двуглавым орлом — очень красиво и очень волнительно, как, впрочем, и сам повод к празднику. Завтрак тоже получился раздельным. Вообще день намечался суетный, так что я держала себя в руках и Тушина не искала, хотя вся издергалась — узнал он что у Орлова, нет? К двенадцати часам прибыли остальные маменькины гости — уездное начальство и соседи-помещики. Всего человек двадцать, да и то ведь — помолвка не свадьба. Я решила спасти детей от всей этой суеты, особенно Настеньку — она очень ярко и громко реагировала на любые раздражители. Малыши оставались в доме, за ними присматривали Даша, Илья Ильич и Груша — она до сих пор прикармливала дочку грудью. Я решила, что до года дотянем и достаточно — недельку еще. Продукты здесь экологически чистые, за это дело я не боялась, и барышня наша уже вовсю лопала супы, пюрешки и кашки. Да и пора было отпустить Грушу в семью, хотя, кстати, она туда и в ткацкий цех не особо и рвалась. Наконец пришло время выходить к гостям. Взглянула еще раз в зеркало, перекрестилась на иконы — помоги, Господи, не опозориться. С холма открылся непривычный вид на сад. Он был полон новыми красками, разговорами, игривым смехом — присутствие новых мужских лиц ожидаемо вызвало женское оживление. Особенно бросались в глаза чрезмерно пышные по последней моде наряды дам — сказывалась близость столицы. Их оттеняли строгие мужские пары и мундиры. Из Европ навеяло — быстро входили в моду шляпки, хотя увлекались ими исключительно дамы замужние, не девицы. Гости прогуливались по дорожкам, трепетали веера, вились девичьи локоны… |