Книга Фрейлина. Выбор, страница 173 – Тамара Шатохина

К вечеру вернулись в город поужинать. Экипаж оставил их на пересечении Невского и Владимирского проспектов у ресторации «Палкин».

— Бассейн со стерлядями — взглянуть… бильярдами побаловаться в ожидании трапезы не желаете ли, Ваше высочество? Отдельный кабинет, как всегда? — почти неслышно скользил рядом с ними метрдотель в белоснежном фрачном костюме.

— Желательно отдельный, проводите сразу. Обойдемся только едой, Виктор Арсеньевич? — поинтересовался Костя.

— Впечатлений для меня на сегодня достаточно. Запахи здесь… сумасшедшие просто, — растерянно улыбнулся огорошенный впечатлениями от долгого дня Ахтырцев, кося глазом на войлочные подошвы служащего, надетые на сверкающие туфли. Действительно скользил.

— По будням здесь русские и французские блюда вперемешку. Выбирайте, вы мой гость, стало быть, я и угощаю, — пригласил Костя, — затрудняетесь? Я не раз бывал здесь, смею рекомендовать…

Заказали консоме «Бофор» с пирожками, фирменные котлеты «Палкин», кашу по-Гурьевски и турецкий кофе на песке.

Отдаленное звучание скрипки и тихий гул голосов одного из двадцати пяти ресторанных залов только способствовали аппетиту.

— Зверски вкусно, — выдохнул Ахтырцев, уже будучи в состоянии прислушаться к женскому щебету, доносящемуся в кабинет, вход в который прикрывали только бархатные шторы. Улыбнулся мечтательно…

— Обязательно станете бывать здесь со своей Наденькой, — задумчиво пообещал ему Костя.

— А вы отчего так печальны, Константин Николаевич? Ведь есть у вас дама сердца — определенно. Все на это указывает — ваша задумчивость порой и улыбки… я узнаю в них себя — когда мечтаю о Наденьке.

— И я завидую вам в этом, Виктор Арсеньевич — вашей определенности и уверенности в том, что завтрашний день состоится так, как вами задумано. У меня сложности с этим. Но я обязательно решу этот вопрос, не сомневайтесь…

Этот день, а также следующий, когда он показывал другу Дворцовую площадь с Александровской колонной в центре и сам Зимний с его залами, в которых полным ходом шла уборка, свои покои в нем… Эти дни стали последними беспечными днями его юности, как потом оказалось.

Все познается в сравнении — Рене Декарт был прав. Ранее Костя считал, что юность ушла вместе с полной беззаботностью. Тогда так и было — он порхал еще подобно шмелю, собирая первое свое чувство к женщине по крупицам, как цветочный нектар — взгляды, слова, объятия в танце. Будь благословен вальс — он дал такую возможность! Первый поцелуй в преддождевом парке, мечты о близости, и она сама — он понял еще тогда…

Все в этом мире делается мужчинами ради женщин. Ради своей женщины — с удвоенным пылом. Со страстным желанием близости с ней, ради возможности быть рядом, радовать, защищать и заботиться — это чувствовалось настоящей потребностью. Ради того, чтобы она видела твою исключительность… ценила ее и гордилась тобой, хотела тебя.

С того самого дня — когда посетил опять кабинет Орлова, юность покинула его окончательно, но понял это Константин чуть позже, познав невосполнимую утрату, потеснив романтизм в себе звериной жестокостью, способность к которой даже не подозревал в себе и понимая наконец Таис полностью — она и это знала? Предусмотрела благодаря своей способности к логическому мышлению?

— В последнее время помесячные финансовые отчисления Морского министерства никоим образом не претерпели серьезных изменений. Вам изложить подробности штатного распределения и схему нарушений оного адмиралом Александром Сергеевичем Меншиковым? — поинтересовался капитан 1 ранга Баташев — одетый с иголочки, завитой в буйные кудри и лощеный до предела, начиная с кудрей этих и до сверкающих кончиков туфель.