Книга Четыре шага в бреду, страница 103 – Евгений Таганов

— Пожалуйста, — Алекс протянул ему диктофон.

С минуту Лавочкин держал диктофон в руке, не решаясь нажимать нужную кнопку, потом передал его обратно:

— Ладно, что сказал, то сказал. Надеюсь, не очень смешно получилось. Как говорил один мой знакомый: «Кто ничего не боится, тот и смеха не испугается».

— Тут вот новые варианты возникли, — перешел на главную тему Копылов. — Планировали продать вас с аукциона тем денежным мешкам, кого вы шмонали. Потом подумали: а ну как они захотят вас под свое крыло взять, и вы опять пуститесь в свою смешную кровную месть мне и моему дяде. Победило предложение накачать вас двадцатью уколами барбитуа… Черт, забыл, как эта хрень называется. Чтобы вы могли только слюни вместо слов пускать. Второй вариант: то, что я прежде по телефону говорил — сделка. Но для этого вы должны полностью сдать мне свою команду. Часть из них я, возможно, возьму в свою команду, часть пущу на вольные хлеба. В ментовку точно обещаю никого не отправлять.

— Что значит сдать? — мрачно обронил Сергей Тарасович.

— Ну полное досье на них, чем каждый замечателен и как его держать на поводке. Оценка каждого из десяти баллов по пяти пунктам: надежности, исполнительности, жестокости, дисциплине, умению решать сложные задачи. — Говоря это, Алекс положил на стул с пяток листов и ручку.

— Думаете, такие характеристики могут спасти от ошибки? — скривился сиделец.

— И еще одно. Мои люди раскатали губы на получение за вас хороших роялти. И если денюшек не будет, то остаются только уколы. Ведь главное — передать вас мешкам в живом виде, а про умственные дела базара ни с кем не было. Ну как-то так.

Вроде бы говорил спокойным доброжелательным тоном, но видел, как по лицу пленника пробежала тень — тот явно усвоил, что угроза от юного головореза идет всегда по нарастающей.

— На какую сумму они раскатали губы?

— Совсем бессовестные — триста тысяч тугриков хотят.

— А если их нет у меня?

— Выглядите вы на гораздо большую сумму.

— Ну допустим, а дальше все как пойдет?

К этому вопросу Алекс тоже был готов.

— Дальше вы становитесь моим старшим компаньоном, указываете, что и как мне надо делать с теми же мешками. Первый год, конечно, полностью под домашним арестом, чтобы вы чего лишнего не учудили. Поселим вас на какой-нибудь даче вроде той, откуда вас взяли, и будете сколько угодно ТВ смотреть и розы в саду стричь. Если дело хорошо пойдет, а оно не может плохо пойти, и вовсе отправим вас на виллу в Испании или в Италии, и будет нам всем полное счастье.

— Еще раз говорю: мне нужна встреча с вашим главным. Надеюсь, это не Аникеев?

Алекс в ответ лишь улыбнулся: матерый мужик напомнил ему упрямую девушку, которая если что вбила себе в голову, то никаким бульдозером не выскребешь.

При выезде из промзоны он послал Вадиму эсэмэску:

«Зовут Соник. Поменяйся с Акелой местами. Пускай он на твое место. Жду тебя в Клубе в 3 часа на презентации».

Когда минивэн подрулил к Ампиру, Алекс вылез из машины.

— «Арго» через три квартала по прямой. В ту сторону за углом «Макдональдс», можешь там перекусить и дождись своих «стрельцов». Потом уже полным составом в клуб. Про своего «пассажира» ни под каким видом не заикаться. Парням скажи, что доставили его в съемные апартаменты для дальнейшего разбирательства. А приехали вы сюда по моей просьбе как лучшие ратоборцы, предупреди их, что часа в три им показывать свой класс. Про нашу встречу у «Речного вокзала» тоже ни слова.