Книга Личный аптекарь императора. Том 11, страница 109 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Нападение! — заорал ещё один осман, прибежавший на шум.

Патрон с ядом на этот раз встретился с препятствием в виде защитного кокона. Ага, нарвался на мага. Значит, надо действовать по-другому.

В меня полетели воздушные молоты, а следом огненные копья — присоединился четвёртый. Защита сработала сама по себе, а мои лианы с острыми шипами, обернулись вокруг коконов магов и начали сжимать. Исход битвы нельзя предугадать, ведь теперь всё зависит от того, чья защита окажется надёжнее.

Пока магические лианы с огромной силой сжимали коконы, я продолжал стрелять из зельестрела. Одновременно с этим дал задание деревцу, растущему неподалёку, лупить по магам своими ветвями. Те сильно удивились внезапно ожившему дереву и вмиг превратили его в щепки, но даже тех пары минут ударов ветками-плетьми, снизили силу их коконов.

Я чувствовал, что моя защита истончается, и видел, как замерцал кокон. Ещё чуть-чуть и я останусь беззащитен. Придётся спасаться бегством, если…

Вдруг у обоих магов одновременно пропали коконы и мои лианы сжали их. Послышался вскрик, но их мучения продолжались недолго, пули с ядом завершили начатое.

Я оббежал вокруг дома и, убедившись, что не осталось османских бойцов, забежал в дом. Нужно немедленно убираться отсюда. Наверняка кто-нибудь видел то, что творится и сейчас доложит местных властям.

Прихватив все свои вещи, я взял ключи от машины и остановился в дверях спальни старика. Без него я не смогу найти вход в катакомбы, поэтому придется взять с собой. Взвалив старика на плечо, вышел на улицу и аккуратно уложил его на заднее сиденье.

Топлива осталось совсем мало, поэтому колесить по городу не мог, нужно ехать прямо к входу в катакомбы.

Я залил в рот старику зелье, стирающее кратковременную память, и отъехав на пару десятков метров, привёл его в чувство.

— Что случилось? — слабым голосом спросил он и осмотрелся. — Почему я в машине?

— Вы хотели показать мне вход в катакомбы, но упали в обморок. Как вы себя чувствуете? Где-нибудь болит? — участливо спросил я.

— Ничего не помню, — признался он. — А почему мы поехали ночью?

— Вы сказали, что утром хотели навестить своего друга Ибрагима, который приходил на ужин.

— Да? — он удивленно вскинул брови и помял висок. — Ничего не помню.

— Поехали? Только сначала нужно заправиться. Топливо почти на исходе.

Ахмед вышел из машины и сел на пассажирское место.

— Я не уверен, что смогу рулить. Мехмед эфенди, придётся тебе.

— Хорошо. Только у меня денег нет. Я кошелёк в лавке забыл.

— Не волнуйся по этому поводу, — он открыл бардачок и вытащил поношенный, потрескавшийся от времени кожаный кошелёк.

Ахмед указал мне путь до заправки и сам заправил.

— Поехали ко входу в катакомбы, но я не понимаю, почему мы решили ехать ночью?

— Бывает. Старческая болезнь. Вам нужно быть осторожнее. У вас есть родные люди здесь, в Гюлькенте? — спросил я, выезжая с заправки.

— Есть троюродная сестра, но она живёт на другом конце города и почти не выходит из дома, поэтому мы редко видимся.

— Я вас отвезу к ней. Не нравится мне ваше состояние. А вдруг вы с лестницы упадёте без сознания и голову разобьёте? Нет-нет, вам надо пожить с кем-нибудь, чтобы я не волновался, — я старался говорить убедительно.

— Хорошо, утром отвезёшь меня к ней, а пока…