Книга Гришка против Пустынного демона, страница 103 – Егор Золотарев

— Нет, уехал пару лет назад. С тех пор кузница стоит заколоченная.

— А как же мы без кузнеца? — всплеснул он руками и вспомнил Филю. Не зря отец держал его при себе, такого искусного мастера с руками бы оторвали, если бы Степан Мефодьевич захотел его продать.

«И что я не научился кузнечному ремеслу? Надо было поменьше на перине валяться и за барышнями бегать. Эх, правильно батюшка говорил: хочешь быть хорошим помещиком должен знать работу каждого крепостного, от гончара до псаря».

Он лег на кровать у окна и почти уснул, но тут тяжелый удар по крыше сотряс дом.

— Что такое?

В дверях показался Табит со свечой в руке и осветил комнату. Назифа сидела на кровати, а Хорус вцепился в покрывало и насторожено прислушивался. Одному Уру было все равно, он продолжал храпеть и невнятно бормотать. Глухой удар повторился с такой силой, что затрещали стены и с потолка посыпалась белая крошка.

— Что он делает? — Гриша встал с кровати и подошел к Табиту. Тот был белее скатерти и встревоженно смотрел наверх.

— Я не знаю… Надеюсь, крыша выдержит.

Следующий удар был такой же сильный, как и предыдущий. По стене пробежала трещина, а на улице под окно звонко посыпалась черепица.

— Это он, — подал голос Хорус, втянул носом воздух и улыбнулся. — Я его чую.

Назифа резво вскочила на ноги, вытащила из пояса два кинжала и, сердито сдвинув брови, сказала старику:

— Без тебя понятно, что это демон. Если так радуешься его приходу, то может, мы тебя выдворим за дверь, пусть полакомится?

Хорус промолчал, но улыбка сползла с его лица. Назифа взобралась на стол и прислушалась. Тишина.

Прошла минута, другая, но ничего не происходило. Гриша выглянул в щель между ставнями, но в темноте ничего не увидел. Только далекие сверкающие звезды безучастно смотрели на землю.

— Нельзя больше тянуть, — тихо сказал он и повернулся к притихшим друзьям. — С утра сделаем стрелы и пойдем на охоту. Надо его остановить.

* * *

Ночь прошла сумбурно. Назифа слонялась по дому, объясняя это тем, что нагуливает сон, который трусливо сбежал. Хорус ворочался в кровати и кряхтел.

— А что вы хотите? Отвык от мягкого ложа, — оправдывался он.

Гриша уснул только под утро. Поэтому, когда кто-то грубо потряс его за плечо, первым желанием было с размаху зарядить в глаз. Но он вовремя себя остановил, увидев бодрую Назифу.

— Вставай, лежебока! Пойдем на улицу. Ты удивишься, — загадочно добавила она и вышла из комнаты.

— И что я там не видел? — пробурчал Гриша, но любопытство взяло вверх и он, шаркая голыми пятками, последовал за ней.

Ур, Хорус и Табит стояли под окном спальни и что-то обсуждали.

— Что случилось? — спросил юноша, зевая во весь рот.

Он подошел поближе и увидел каменную дорожку, сплошь усеянную осколками черепицы. В нескольких шагах от дома к высокому каменному забору была прислонена верхушка обелиска.

— Так вот чем он долбил крышу! Это сколько же силищи нужно, чтобы сломать камень?

— То-то и оно, — кивнул Ур. — И как я все проспал?

— Не огорчайся, главное еще впереди, — улыбнулся Хорус. Он держался за Табита и вдыхал аромат только что сорванного белого цветка.

— Ты о чем?

— Об охоте на демона, конечно же.

— Я не пойду, — замотал головой библиотекарь.

Гриша перестал зевать, подошел поближе, стараясь не наступить на осколки, и озадаченно спросил: