Книга Я все еще не бог. Книга #36, страница 24 – Сириус Дрейк

— Господи, что это⁈ — воскликнул он.

— Это средство связи, — произнес я через детальку. — Царь Михаил Кузнецов приветствует вас. Идентифицируйтесь.

Мужчина быстро пришел в себя. Его коллеги подошли поближе. У всех на лицах были немного озадаченные и испуганные выражения.

— Капитан Вильгельм Штайнер, представитель объединенной делегации европейских государств, — он щелкнул каблуками. — На борту находятся представители Пруссии, Речи Посполитой, Франции и Англии. Просим разрешения на переговоры.

— Почему заранее не оповестили? — нахмурился я. — Протокол требует предварительного уведомления. Особенно после военных действий с вашей стороны.

Капитан выглядел смущенным.

— Мы пытались, ваше величество, много раз пытались. Но нашу связь в стране блокируют. Мы были вынуждены лететь вслепую, надеясь, что свяжемся с вами с дирижабля. А когда мы были уже на полпути, средства связи на дирижабле сломались… Истек срок годности…

— Блокируют? Кто?

— Предположительно американцы, — вмешался другой голос.

В кадр вошел мужчина в дорогом костюме с орденами на груди.

— Герцог фон Бисмарк, представитель Пруссии, — представился он. — США перекрыли все каналы связи с Европой после торгового эмбарго. Мы не можем связаться даже с соседними странами. Приходится отправлять гонцов, как раньше.

— А аппаратура на дирижабле? — спросил я.

Капитан виновато развел руками.

— Критически важные компоненты мы раньше закупали в Америке. Запасных частей больше нет, а чинить нечем.

Трофим, который слышал разговор через Болванчика, фыркнул.

— Получается, летели через полмира на авось?

— Скорее на отчаянии, — печально улыбнулся герцог.

Я переглянулся с Трофимом. Тот пожал плечами. Толстой хмыкнул, а Лермонтов еле сдерживал усмешку.

— И вы не подумали развернуться? — не выдержал я.

— Куда? — развел руками капитан. — Назад лететь дольше, чем вперед. Мы посовещались и решили рискнуть.

— То есть вы прилетели к нам не только без связи, но и буквально вслепую? — уточнила Надя, слушавшая разговор.

— Технически, да, — признал капитан.

Повисла пауза.

— Миша, они серьезно? — прошептала Лора. — Я думала, европейцы хоть немного умнее.

— Кто его знает… Может, они в отчаянии…

Но судя по их лицам, им реально было не до сражений. И как бы это ни выглядело нелепо со стороны, эти люди сейчас спасают свои страны, свой народ, и это уже похвально. Но такие мысли были только у меня.

Трофим первым не выдержал и рассмеялся. За ним Лермонтов. Потом Толстой начал похрюкивать в бороду. Федор просто качал головой с улыбкой, словно сумасшедший.

— Думаешь, что мы бессердечные? — будто прочитал мои мысли Федор. — О, нет… Эти люди в отчаянии, раз приползли к бывшему врагу. Но кто знает, как бы они поступили, если бы мы поменялись местами? Я бы просто сбил этот дирижабль и забыл о Европе.

— Но ты не царь. Я — царь, — я посмотрел ему в глаза и произнес в детальку: — Разрешаю посадку. Только летите аккуратно, а то с такой техникой вы еще и рухнете нам на головы.

— Благодарю, ваше величество! — облегченно выдохнул капитан.

— Трофим, пусть расчистят посадочную площадку, — скомандовал я. — И подготовьте кристаллы для дирижабля. Судя по всему, обратно они на честном слове лететь не смогут.

— Есть, — кивнул тот и начал отдавать приказы.