Онлайн книга «Это кто переродился? Книга 4»
|
Он подошел к столу, где среди пухлых томов лежала Книга Душ, придавленная пресс-папье. Выглядела она тоже неважно — от нее поднимался дым. — Только не говорите, что на территории усадьбы открылся портал, — сказал я, покосившись на учеников, которые заглядывали из коридора. Мой Взгляд выпроводил их вон. Дверь тоже закрылась. — … И Инквизиция очень спешила его закрыть. Да, Лаврентий? Вергилий хохотнул и его с силой усадили на стул. — Мой брат тоже немного припоздал. Монстр загнан обратно в «сундук». И он, подняв пресс-папье, с силой ударил по книге. В ответ послышался вскрик. — Ибо многомудрый Аль'Касим Мустафа ничего не сказал наимудрейшему Мурзе Ар-Аглы Синему после того, как тот обрызгал его из колодца, — Вергилий снова ударил книгу по морде. Та вновь закричала. — Он молча зарезал его как собаку. Так, о наилживейший, Рахид? — Да… — пискнула книга. — Ты прав, о наихитрейший, Вергилий… Бывший маг улыбнулся мне. — Иногда годами пропадать в библиотеках бывает крайне полезно, сир Обухов. — Если не воровать оттуда книги, — заметил Лаврентий и поднялся. Силантий тут же отскочил от него, как от огня. Сделав шаг, он навис надо мной как скала. Девушки, дежурящие рядом с Вергилием, тоже попятились. Как и Тимофей. — Обухов, объяснишь мне, какого в твоей библиотеке делает запретная книга? Я вздохнул, опускаясь на стул рядом с Вергилием. Опять эти пугалки… — После того, как ты, Лаврентий, объяснишь мне отчего твой сотрудник сидит в моем доме в наручниках, а мои люди смотрят на него как на привидение? С улыбкой я налил себе вина. — И будем надеяться, что это будет объяснение в пользу Инквизиции. Ибо последнее время не только меня немного раздражает ваша организация. Инквизитор пронзил меня недобрым взглядом. А затем подошел к Григорию. Ударом в зубы того едва не повалило на пол, Инквизитор схватил его за ворот. — Это он объяснит. Да, Григорий? Кажется, я четко сказал — все, что происходит в этой усадьбе не твое дело. — А я… а я… мне… — пискнул Григорий. — Прости… От удивления я едва не поперхнулся. Этот отмороженный мерзавец и… просит прощения⁈ Лаврентия же его «искренние извинения» ничуть не смутили': — В такой момент, когда Магистра нет… И возможно, она уже мертва… Ты просишь тебя простить? — Ну… да, — и обезображенные губы Григория растянулись в глупой улыбке. — С кем не бывает? Зашел не в ту дверь… Ситуация была настолько нелепой, что Вергилий от души расхохотался. Взял у меня бутылку и налил вина себе. В Лаврентия же будто бес вселился — он влепил Григорию еще один удар в морду. Тот с визгом попытался отбиться, но кулак его начальства был безжалостен. Удары посыпались градом. Выпив стакан, я налил себе еще. Вергилий не отставал. Право, наблюдать то, как один Инквизитор метелит другого, было настолько увлекательно, что я почти был готов был простить одному из них нападение на своих людей. Тимофей с Силантием попытались было их разнять, но я лишь покачал головой и налим им тоже пару стаканов. А эти… пусть развлекаются. Судьба обоих меня волновала в последнюю очередь. Мой взгляд приковало нечто иное — оно лежало на полу, почти под столом. И это был шмель. Раздавленный шмель. Плеснув себе еще вина, я вздохнул. Вот и нашла тебя костлявая, Ивашка. — Земля тебе пухом… |