Книга Эволюционер из трущоб. Том 15, страница 46 – Антон Панарин

— Тогда я доволен, — кивнул я.

Заметив, что я очнулся, к нам подошёл главный Харонец и преклонил колено:

— Ты… спас нас. Спас… наш народ. Долг… — Он замолчал, будто раздумывал над следующими словами и кивнул. — Мы в неоплатном долгу.

— Да ладно, — я махнул рукой, хотя движение далось с трудом. — Каждый сделал то, что обещал по контракту.

— Нет, — он покачал головой. — Ты сделал… больше. Намного… больше.

Из его груди вырвался сгусток серебристого света и влетел мне в сердце. Тепло разлилось по телу. Усталость схлынула. Раны затянулись. Мана начала восстанавливаться.

— Я исцелил… твои раны. Это меньшее… что я могу… сделать для тебя.

— Ну, спасибо, — улыбнулся я. — Теперь мы можем уйти?

— Портал… готов.

Мы кое-как поднялись. Леший держался за рёбра. Артём хромал. Серый молча шел, нахмурив брови. Муэдзин закинул руки за голову и насвистывал под нос бодрый мотив гимна Солорианских рыцарей. Перед порталом я обернулся:

— Кстати! Насчёт вашего мира. На дне каньона я видел разлом в энергетическом спектре. Огромная трещина в ткани реальности. Она медленно расширяется. Именно она свела Сломленных с ума, излучая постоянный поток хаотической энергии.

Харонцы переглянулись, радость и страх блеснули в их глазах.

— Как… починить?

— Понятия не имею, — честно ответил я. — У вас год, максимум два.

— Мы… найдём способ. Или… новый мир.

Кивнув, я шагнул в портал. Хлопок, темнота, и вот мы снова стоим на улице города Черняховск.

— Поверить не могу, что разломы могут вести и в такие мес… — начал было Артём, но договорить не успел.

Слева, справа, позади, впереди, даже под землёй и над головой — кружили сотни тварей. А я сражаться больше не желал. Закинул ребят в пространственный карман и телепортировался в Калининград. Очутившись на центральной площади, я плюхнулся прямо в лужу. Здесь дождь будто и не собирался заканчиваться. Лило как из ведра.

— Михаил Константинович! Вы вернулись? — козырнул один из гвардейцев деда.

— Да. Сообщи Максиму Харитоновичу, что я теперь настоящий абсолют, а не самозванец, — измученно улыбнулся я, поднимаясь на ноги.

— Разрешите выполнять? — спросил гвардеец, и я кивнул.

Он опрометью бросился в сторону дедовского имения, да и я направился туда же. Дождь будто следовал за нами, превращая улицы Калининграда в подобие венецианских каналов. Я брёл к дедовскому особняку, чувствуя, как каждый шаг даётся с трудом. В пространственном кармане ребята наверняка уже возмущаться тем, что я упрятал их в непроглядную тьму.

Имение деда выглядело как крепость времён осады. Высокие стены, патрули на каждом углу, магические барьеры так плотно окутывали территорию, что воздух буквально вибрировал от избытка энергии. Интересно, что случилось за те сутки, что я провёл в мире Харонцев? Судя по укреплениям — ничего хорошего.

Охрана меня узнала сразу и распахнула ворота, не задавая вопросов. Видать, приказ был отдан заранее.

— Михаил Константинович! — к крыльцу выбежал дворецкий Павел Сергеевич, размахивая зонтом, как знаменем. — Господи, да вы весь в… в этой синей дряни! Это кровь?

— Не важно, — буркнул я, поднимаясь по ступеням. — Где дед? Где отец?

— В гостиной. Проводят** срочное совещание. — Павел Сергеевич нервно комкал платок. — Максим Харитонович просил вам передать, цитирую: «Как только внучок объявится, тащи его в гостиную, даже если он будет с трудом на ногах стоять».