Книга Эволюционер из трущоб. Том 15, страница 118 – Антон Панарин

— Быстрый ублюдок! — прошипел Леший сквозь зубы. — Тогда давай посмотрим, кто быстрее: ветер или свет.

Леший скрылся в ослепительном луче, а в следующее мгновение обрушился на леопарда сверху, пробив его череп двумя кинжалами, лезвия которых показались из пасти твари. Леопард исчез, а Леший рухнул на асфальт, обливаясь кровью.

— Серый, тащи пластырь, меня надо подлатать, — сказал он с кривой усмешкой и приложил руку к ране, активируя Целебное касание.

Немного правее Архаров бился сразу против двух противников. Пламенного льва и Вильгельма фон Вольфа. Лев был самым опасным из трёх зверей, несмотря на то что Леший всадил ему в бок дробь, заряженную магией света. Пламя вокруг него горело так ярко и жарко, что если подойти к нему на расстояние в метр, то твоё тело попросту загорится.

Лев зарычал, разинув пасть. Из его глотки вырвался огненный поток, устремившийся к Архарову. К этому моменту Константин Игоревич уже трансформировался в медведеподобного оборотня. Уклоняться он не стал. Рванул навстречу огню, прикрывшись когтистой лапой, как щитом. Его шкура и плоть моментально загорелись, но регенерация всё же справлялась, залечивая образующиеся раны.

Оказавшись вплотную со львом, Архаров одной лапой схватил его за гриву, а вторую запустил в пасть зверюги и резко потянул на себя. С хрустом он вырвал язык льва. Поток горящей крови вырвался из пасти зверя, окатив по пояс Архарова. Константин Игоревич загорелся, но даже не подал виду, что ему больно. Вместо этого он уставился на Вольфа и швырнул в его сторону вырванный язык.

— А теперь я оторву тебе голову, — утробным голосом произнёс Архаров.

— Слишком громкое заявление для трупа, — усмехнулся Вольф, рванув в атаку.

Алое зарево освещало всё вокруг в момент, когда Вольф, не церемонясь, нанёс удар. Лезвие рапиры запело в воздухе, целясь в шею Архарова. Константин Игоревич, как никто другой на этом поле боя, знал, сколь опасны выпады немца, поэтому он не стал уклоняться, а ударил навстречу. Массивная булава устремилась к рапире и…

Вольф повёл кистью, слегка изменяя траекторию движения. Рапира скользнула по булаве, выбив сноп искр, а в следующее мгновение резанула по когтистым пальцам Архарова, отрубив сразу четыре штуки. Константин Игоревич взревел и удержал булаву лишь благодаря тому, что вцепился в неё обеими руками.

— Слабак! — прорычал Вольф торжествующе. — Не могу поверить, что такой ничтожный червь посягнул на престол!

— Этот слабак оторвёт тебе голову! — огрызнулся Архаров, контратакуя.

Пальцы на руке Константина Игоревича отрасли за пару секунд, он раскрутил булаву так, что она завращалась, как пропеллер вертолёта. Рапира безостановочно жалила, заполняя округу звоном. Искры летели во все стороны. Но исход боя был предрешён. Вольф был сильнее, намного. Архаров слабел с каждой секундой, его скорость замедлялась. Раны множились, не успевая исцеляться.

Вольф ловко скользнул под булаву и уколол Константина Игоревича подмышку, от чего правую руку тогопарализовало. Новый выпад пронзил кисть левой руки. Булава с грохотом рухнула на асфальт, оставив Архарова безоружным.

— Упрямство никого не делало сильнее. Лишь бессмысленно загоняло в могилу, — усмехнулся Вольф, занося рапиру для финального удара.