Книга Эволюционер из трущоб. Том 12, страница 90 – Антон Панарин

— Михаил Константинович, позвольте полюбопытствовать, куда это вы сбежали?

— Даниилович, — поправил я князя.

— Ах, да. Вы правы. Прошу меня простить. Просто вы напоминаете мне Архарова и повадками и… — он пристально посмотрел на меня, а после пригладил двумя руками свои волосы. — Есть в вашей внешности нечто похожее на Константина Игоревича… Может, он всё же снасильничал вашу маменьку?

— Игнат Борисович, за такое предположение я мог бы вызвать вас на дуэль, — стальным тоном произнёс я, вспомнив счастливое лицо мамы, обнимающей мою сестрёнку.

— Вы правы. Я позволил себе лишнего. Прошу меня простить, — в очередной раз извинился Водопьянов и подошел ближе, склонившись над моим ухом. — На самом деле, я решил навестить вас по другой причине. Только посмейте прикоснуться к Венере, и я вас кастрирую, — с угрозой в голосе проговорил он, после отстранился и мягко улыбнулся. — Надеюсь, мы друг друга поняли?

— Сблизиться с Венерой любой ценой. Я вас понял, — насмешливо ответил я и с вызовом посмотрел в глаза Водопьянова.

— Вы вольны делать всё, что душе угодно, но тогда не стоит жаловаться, если внезапно обнаружите свои владения в руинах, — меланхолично произнёс Водопьянов и направился на выход. Задержавшись в дверях, он добавил. — Телепортационный круг в гардеробе лучше уничтожьте самостоятельно. Если Император узнает о нём, то ваша голова слетит с плеч, ведь Иван Васильевич ненавидит повторять дважды.

Не дожидаясь моего ответа, Водопьянов вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Я же остался в полном недоумении. Мне только что угрожал абсолют, но при этом он закрыл глаза на созданный мной портальный переход. Человек, бесконечно верный семье… и с натяжкой верный Императору? Что ж, мне это нравится. А ещё мне понравилась Венера. Есть в ней что-то необычное, притягательное, она словно…

В дверь постучали. Это был слуга с тележкой еды. Говоря «тележкой» я не преуменьшаю. Император, судя по всему, решил меня раскормить на убой. Жареный поросёнок, запечёный гусь с яблоками, бифштексы, стейки, куча морепродуктов, вино, коньяк, морс, устрицы, омары, о боги… Да чего тут только не было!

Но к еде я приступил не сразу. Сперва отправился в гардероб и попытался замести следы. Вышло паршиво, так как отвалившуюся цветную штукатурку не удалось приделать на место, но и так сойдёт. Уверен, после пьяных гостей приходится регулярно делать ремонт.

Вернувшись в комнату, я приступил к трапезе и едва не разрыдался. Чёртова богатая жизнь! Свинина просто таяла во рту. Не знаю, сколько её томили в печи, но мясо можно было есть губами, даже жевать не нужно. А сколько в ней было сока? Это нечто божественное!

Я умял пятую часть порося и понял, что начинаю насыщаться. Такой расклад меня не устроил и я переключился на гуся. Сладковато-перечное послевкусие заставило меня закатить глаза и мычать от восторга.

— Фёртофы гении! — выругался я, вгрызаясь в аппетитную зажаристую ножку гуся.

Невероятно вкусно! Хотелось стереть себе память, опорожнить желудок и заново испытать эти вкусовые ощущения. Что там Император говорил? Он заботится о своих людях? Выходит, что он не соврал. Но я за еду не продаюсь! А тут у нас что? Медовик? Ну-ка, иди сюда… Я взял кусочек и утонул в невероятной медовой сладости, которую оттеняла лёгкая кислинка лимонной цедры.