Книга Эволюционер из трущоб. Том 8, страница 39 – Антон Панарин

— Приготовься к бою.

Пограничная застава у села Удельно-Дуваней.

Седой как лунь старший сержант Митрофанов Митрофан Митрофанович прослужил в гвардии Титова всю жизнь. Когда был мальчишкой, мечтал попасть в гвардию. Когда попал на войну, мечтал покинуть гвардию. А когда покинул гвардию, то понял, что ничего, кроме как воевать, он и не умеет. Пришлось вернуться.

Десятки лет зачистки разломов, отражения наступлений тварей, сражения с соседями. Всё это оставило на душе и теле Митрофана множество шрамов. А душевные раны — так до сих пор и не затянулись. Друзья гибли пачками. Они умирали настолько часто, что Митрофан в один момент перестал запоминать имена. А зачем? Всё равно этих бойцов скоро не станет.

И вот сейчас он снова сражается за свою жизнь. За жизнь своих людей. Во имя… Он уже и сам не знал, во имя чего именно. Выживание ради выживания. Ради того, чтобы дожить до ночи и лечь спать, где во сне к нему непременно явятся души погибших, души тех, кого он сам убил. Они будут стенать, плакать, обвинять, кричать от боли. Раньше было страшно, а теперь…

Разведка доложила о приближении тварей за минуту до того, как они атаковали. Опять эти идиоты ворон считали вместо того, чтобы предоставить достоверные разведданные. Митрофан поднял тревогу. Кто успел одеться и выбежать на боевые позиции, тот молодец, а кто не успел… Кто не успел — сражались в одних трусах. Да, на морозе в трусах холодно, но ещё холоднее остывающему покойнику.

Твари шли волнами. В первой были вервольфы, они прощупали слабые места обороны. Следом за ними атаковали снежные волки. Очень быстрые твари. Их нужно убивать до того, как они сократят дистанцию. Но как только волчар взяли на прицел, птерос врезался в трансформаторную будку, от чего во всём селе погас свет. И начался ад.

Люди гибли десятками. Кровь, крики, всполохи автоматных очередей в ночи. Рык голодных до плоти тварей. Один из волков прыгнул прямо Митрофану в лицо. Зубы сомкнулись на лбу солдата, содрав изрядный кусок кожи. Едва нос не откусили.

Митрофан не растерялся. Рука вояки стальным прутом вонзилась в раззявленную пасть по самый локоть. Тварь задёргалась в конвульсиях, пытаясь вырваться, ведь дыхание перекрыло начисто. Но куда тут денешься? Руки Митрофана — как стальные плоскогубцы. Если ухватил, то уже не отпустит. Так волчара и издох.

Митрофан смахнул его, как соплю на снег, и тут же был сбит с ног новой тварью. В темноте не разобрал, что за пакость, а просто вонзил нож ей в шею. Вскочив на ноги, он понял, что звуков стрельбы всё меньше. Заставу не удержать. Нужно подкрепление. А если его не будет, то придётся вызвать огонь на себя.

Митрофан рванул к зданию КПП, в котором молодой мальчишка лет восемнадцати трясущимися руками вызывал базу. Митрофан отогнал его в сторону и велел держать дверь, в которую спустя мгновение начали ломиться рычащие твари.

— База! Это застава Удельно-Дуваней! Нас конкретно обложили! Срочно требуется подкрепление!

«Ш-ш-ш. Удельно-Дуваней, база на связи. Подкрепления не будет. По всей границе началось наступление тварей. Свободных бойцов нет. Держитесь собственными силами».

Услышав короткое сообщение, Митрофан почувствовал, что вот-вот настанет его бессрочный отпуск на небесах. Внезапно раздался рёв двигателя, следом за которым послышался глухой удар, будто что-то массивное врезалось в здание. Твари тут же перестали ломиться в дверь. Вдалеке слышался лязг стали и рычание зверюг, говорящее о том, что кто-то всё же явился на помощь. Но кто?