Книга (Не)рабыня для Шейха ада, страница 96 – Юлия Рябинина

Я наблюдала за ней и пыталась понять, что она там увидела. Та-а-ак. Надо проверить. Тянусь сознанием выше, туда, где толстая ветвь отходит от ствола и простирается ввысь. О-о-опа, и я, как на лифте, скользнула по тягучим потокам энергетики древа.

Хамас? За валуном сидел Шейх собственной персоной. Глаза прикрыты, и лицо в свете солнечных лучей, что падали на его кожу, казалось спокойным. Будто и нет в нем никакого зверя, которым все меня пугают. Сейчас вижу перед собой красивого мужчину с оливковой кожей, мускулистые руки спокойно опущены на пах, откуда начинаются витиеватые узоры тату. Черные волосы ниспадают на плечи. Хотя нет, не такое уж и безмятежное было его лицо: под глазами залегли темные круги, что не сразу бросились мне в глаза, и брови постоянно хмурились, сходясь возле переносицы. Ему будто снился тревожный сон. Миг, и на его шею, будто удавку, Халиса накинула кончик хвоста. Реакция Хамаса была мгновенной. Я закричала, как мне казалось, в голос, когда из-за валуна выползло тело змеи, и в руках Халисы блеснула холодная сталь. Она пронзительно завизжала и кинулась с кинжалом на Хамаса. Я метнулась вниз и попыталась так же, как и в прошлый раз, вырваться из тягучих объятий древа.

«Пусти», – мысленно взмолилась я дереву.

И оно услышало меня. В спину вонзились острые иглы тока, я выгнулась дугой, закрывая от боли глаза, и подалась вперед. Руки с силой рванулись наружу, и я почувствовала, как их обдало теплым воздухом. Кто-то схватил мои ладони, потянул на себя. Я распахнула глаза, но в первые секунды зрение мне отказало, и душу, будто льдом, охватил страх. Кто это? Моргаю так быстро и часто, насколько это может позволить себе человек. Наконец-то пелена спадает, и я вижу, что передо мною, как и в прошлый мой выход из древа, стоит сатир.

— Здравствуй, Хельга, – шепчет он мне в лицо и продолжает помогать выбраться наружу. – Нам нужно уходить немедленно, – с его губ срываются короткие фразы. – Пока Шейх борется с Горгоной.

— С кем? – зачем-то переспросила я его, не понимая, что вообще он здесь делает, и почему я с ним должна бежать.

А тем временем, Фирс подхватил меня под колени и закинул себе на плечо.

— Что ты делаешь? – срывается с моих губ вопрос, когда парень делает первый огромный прыжок, и мы удаляемся от валуна на несколько метров. Резкое приземление, и из легких выбивает воздух. – Отпусти, – хриплю ему в спину, а сама взгляд не могу оторвать от валуна. Я не вижу, что за ним происходит, но помню, насколько острое лезвие было близко к своей цели. По щекам текут слезы.

Новый прыжок в бок, и теперь нас скрывают густые заросли.

— Отпусти, – вновь всхлипываю я.

Но парень будто и не слышит моих просьб. Во мне вскипает злость, и я начинаю колотить по его спине кулаками.

— Отпусти, отпусти! – повторяю я, сопровождая выкрики ударами.

Сатир не останавливался ни на минуту. Я почувствовала, как у него сбилось дыхание, лишь спустя минут двадцать. Парень остановился под пышной кроной дерева, которое напоминало иву. Ветви спускались вниз до земли и были украшены тонкими продолговатыми зелеными листьями, между которыми виднелись мелкие цветы. Оно было усеяно желтоватыми точками. Я попыталась заострить внимание на дереве, лишь бы не встречаться с глазами сатира.