Книга Я (не) прощу тебя. Измена мужа, страница 105 – Юлия Рябинина

Вот же какой наглый?!

— Каспаров Баграт Аракелович. Вот, возьмите визитку. Пусть мне позвонят полицейские, когда приедут. Мне, правда, некогда. Я и так уже потерял с этой аварией кучу времени. Меня уже ждать должны.

— Ну, вы и хам, мужчина. Вы знаете, кто я? Я жена того мужчины, которого вы сбили.

— Соболезную. Мне очень жаль, что так вышло. Мой адвокат свяжется с вами и надеюсь, мы все уладим мирным путем. А девушка с ребенком? Не вы ее родственник? – он кивает на Семена, а я еле сдерживаюсь, чтобы не накинуться на него с кулаками.

— Нет, – отрицательно качает головой доктор.

— Я понял. Тогда, как приедут полицейские, передайте им визитку. Пусть позвонят не раньше, чем через, – мужчина взглянул на часы, потом перевел задумчивый взгляд на меня. – Через два часа.

— Да какой же вы хам!.. – крикнула и двинулась в его сторону.

— Попридержите лошадей, дамочка. А то я могу по договоренности и передумать. И мой адвокат сделает так, что, кроме как ваш муж и девушка с ребенком, в этой аварии будете виноваты вы сами. Я понятно выразился?

Я подняла руку, чтобы ударить этого напыщенного мудака, но мое запястье оказалось в цепких пальцах Семена.

— Ксюш. Не торопись. С этим ты еще успеешь. Обязательно донесем все до полицейских, – уверяет Семен мужика.

— Разумно, – улыбнувшись одними уголками рта, отвечает мужчина и, развернувшись, торопливо уходит.

— Вы могли убить людей! – кричу во все горло.

— Мог! Но не убил, – чуть поворачивая голову, отвечает все с той же ухмылкой. – И хорошенько подумайте над моим предложением. Я думаю, в ближайшее время вам понадобятся денежные средства.

Мужчина, не дожидаясь моего ответа, садится в дорогой джип и уезжает.

Я, раздавленная, опустошенная, беспомощно смотрю в след удаляющемуся автомобилю.

— Почему жизнь такая несправедливая, Семен? Разве наличие больших денег решает в жизни все? Разве за такое преступление этот человек может остаться безнаказанным? Он же сбил трех человек! Трех! Семен!

Доктор задумчиво смотрит на меня. Потом, подставив локоть, разворачивается в сторону автомобиля, в котором сидит Кира отвечает:

— Увы, Ксения Михайловна, но это так, – чеканит каждое слово. – В мире сильных и властвующих свои законы. И простым смертным их не понять. Вы мне напоминаете, Ксения Михайловна, заблудившегося странника. Серьезно. Вы столько лет прожили бок о бок с Игнатом Григорьевичем и так и не смогли понять, куда вы попали. Возможно, все потому, что это не ваш мир? Возможно, вам нужно отпустить то, что не понятно и посмотреть вокруг себя?

Я пытаюсь отстраниться от доктора. Его слова меня задевают. Мне становится неуютно в обществе доктора. И единственное, чего я сейчас хочу – это оказаться одна.

— Семен, да отпустите же меня! – уже вслух прошу мужчину, так как молчаливые потуги освободиться не принесли результата.

— Я вас и не держу, Ксения Михайловна. Я пытаюсь уберечь, – вскидывает бровь Семен. Мы приближаемся к автомобилю. Я через тонированные стекла уже могу рассмотреть Киру, которая смотрит на меня застывшим взглядом.

— И зря, Семен Васильевич, – хмурю брови, не прекращая попыток вывернуться из цепких рук. – Я не так слаба, как кажусь. И могу за себя постоять.

— Конечно, Ксения. Я ни на секунду и не сомневаюсь в том, что вы самостоятельны, но от сильного и надежного плеча, тоже не стоит отказываться.