Книга Горничная для миллионера, страница 43 – Натали Тимина

— Скройся с глаз, пока не взял ремень, чтобы пройтись им по твоей заднице!

— Фи, папенька! Как грубо звучит! — протянула Тася с нарочитой манерностью.

— Быстро вон отсюда!

Тася, смеясь, выскочила из комнаты и тихо прикрыла за собой дверь.

— Вот что с ней делать?! — с досадой произнёс Алекс. — Ничего и никого не стесняется! Совсем страх передо мной потеряла, бессовестная девчонка.

Я улыбнулась и забралась под одеяло, не снимая халат. Он казался мне спасательным жилетом — лёгкой бронёй, защищающей от чего-то смущающего и опасно близкого.

* * *

Алекс.

Надо одеться, а то моя девочка скоро от страха коньки отбросит. Неужели я для неё настолько страшен? Чего она боится в моём присутствии? И что сделать, чтобы больше не видеть этого испуганного взгляда?

Я оделся в ванной — натянул футболку и боксёры, — после чего вернулся в спальню. Лина лежала, отвернувшись к окну, и не шевелилась. Не буду её трогать — пусть отдыхает. Слишком много событий за один день. И самому бы выдержать эту ночь воздержания… Она рядом, совсем рядом, и всё же я не имею права дотронуться до неё. Не сейчас. Не после всего, что с ней случилось.

Я достал из шкафа второе одеяло, пододвинул её одеяло ближе к ней, сам лёг и выключил свет пультом. С полночи я лежал без сна, прислушиваясь к её ровному, тихому дыханию. Лина спала спокойно, как ребёнок, и в то же время тревожно. Казалось, стоит лишь шевельнуться — и она проснётся, испуганная, настороженная.

Едва я начал проваливаться в дремоту, как почувствовал, что она заёрзала. Тело её металось, губы шептали что-то нечленораздельное, по щекам текли слёзы.

— Чёрт, я идиот! — пронеслось в голове. — Чего сижу, как столб, когда ей так плохо?!

— Малышка... Лина, проснись! — шепнул я почти ей в ухо, наклоняясь ближе, боясь напугать.

Она вздрогнула, распахнула глаза. Я посмотрел в эти бездонные зрачки и тихо произнёс:

— Это всего лишь сон. Я рядом. Всё хорошо.

Лина села, прижалась к моей груди. Её тело сотрясала мелкая дрожь, почти истерика. Но стоило её ладони коснуться моей голой ноги, как она мгновенно отпрянула.

— Мог бы и штаны надеть, — прошептала она, вытирая слёзы.

— Зачем?

— Затем!

— Ну вот, поговорили, — усмехнулся я. — Успокоилась?

— Да.

— Что тебе снилось?

— Снилось, как тётка убивает меня… а потом и тебя.

— Этого не будет, — твёрдо сказал я. — Она под стражей. Принести тебе воды? Успокоительное?

— Нет. Только не уходи, пожалуйста. Не оставляй меня одну.

Лина снова легла и вложила свою ладонь в мою руку. Я лёг рядом, не обнимая, лишь удерживая её на расстоянии вытянутой руки. Постепенно дыхание её стало ровным, спокойным. Моя девочка уснула.

Мне нестерпимо хотелось прижать её к себе, согреть, защитить, но я понимал — пока нельзя. Одно неверное движение, и страх вернётся.

Когда я сам заснул, ночь уже клонилась к утру. А проснувшись, я обнаружил, что Лины рядом нет. В комнате царил идеальный порядок, даже одеяло на её половине кровати было аккуратно заправлено.

Я натянул джинсы, прошёлся по дому — и нашёл её на кухне. Лина стояла у плиты, готовила завтрак.

— Доброе утро, — сказал я.

— Доброе, — отозвалась она, чуть улыбнувшись. — Прости, что не дала тебе поспать.

— Всё в порядке. Дай помогу.

Я встал рядом, перевернул полоски бекона, но тут же получил в руки миску с молоком и яйцами. Пока я возился со сковородкой, на кухне появились дети. Лина разливала им чай, нам — кофе, и ловко собирала сэндвичи.