Книга Вернуть семью любой ценой, страница 54 – Чарли Ви

— Тогда будем искать дальше. Успокойся, Вика. Найти адрес не так сложно, как ты думаешь.

Его уверенность немного успокоила меня.

Машина свернула с асфальта на грунтовую дорогу, ведущую в дачный посёлок. Здесь было тихо, пустынно. Несезон. Дома стояли с закрытыми ставнями, трубы не дымили. Наш внедорожник казался здесь чужеродным, слишком большим и современным.

— Где-то тут, — прошептала я, вглядываясь в знакомые, немного подзабытые повороты. — Должен быть поворот направо, потом вдоль забора…

Максим без слов следовал моим указаниям. Наконец, в конце узкой улицы, за высоким кирпичным забором с коваными воротами, показался тот самый дом. Двухэтажный, из тёмного дерева, с большой террасой. Он выглядел мрачным и закрытым. Ни одного огонька в окнах. На участке лежал нетронутый снег.

Машина остановилась в тени разлапистой ели, в полусотне метров от ворот. Максим заглушил двигатель и обернулся ко мне. — Оставайся здесь. С Машей. Заблокируй двери. Я один схожу, посмотрю. — Нет, — тут же возразила я, хватая его за рукав. — Я иду с тобой. — Вика, — его голос стал жёстким. — Я не знаю, что там. Может, там охрана или его люди. Может, кто-то ещё. С ребёнком на руках ты — обуза. Понимаешь? Мне будет спокойнее, если вы останетесь в машине. Это не обсуждается.

Он говорил холодно, по-деловому, и в этой жестокой прагматичности была своя правда. Я посмотрела на спящую Машу, потом на его непреклонное лицо. Он был прав. Я была бы обузой. — А если… если с тобой что-то... — вырвалось у меня шёпотом. — Со мной ничего не случится, — он отрезал коротко. — Я проверю обстановку. Если всё тихо и она там я за тобой приду.

Я кивнула, сглотнув ком в горле. Он вышел, бесшумно закрыв дверь. Я заперла все замки изнутри. Тишина в салоне стала оглушительной. Я прижалась лбом к холодному стеклу, следя за его фигурой.

Он подошёл к воротам не напрямую, скользя от дерева к дереву. Осмотрел замок, потом, к моему удивлению, не стал его вскрывать. Он просто перемахнул через забор с ловкостью, неожиданной для его комплекции, и бесшумно исчез в темноте участка.

Ощущение времени в запертой машине растянулось в бесконечность. Каждый удар сердца отдавался в висках. Я не сводила глаз с тёмного прямоугольника двери, куда исчез Максим. Вот в окне мелькнула тень, потом свет погас, потом зажёгся в другом окне, ближе к выходу. Мои пальцы впились в подлокотник так, что ногти побелели.

И вот, наконец, тень отделилась от дома и быстрыми, бесшумными шагами направилась к машине. Это был он. Я разблокировала замки, и он открыл дверь, впустив внутрь морозный воздух.

— Всё нормально, — сказал он тихо, наклоняясь. — Она здесь. Одна. Никого больше нет.

Я выдохнула с облегчением и потянулась к детскому креслу, чтобы взять Машу, но он остановил меня.

— Лучше не буди её. Мы ненадолго. Пусть спит. Здесь безопасно.

Я взглянула на его лицо, потом на мирно сопящую дочь. Он был прав. Будить её, тащить в холодный, чужой дом — лишний стресс. Я кивнула, поправила на Маше шапочку. Максим мягко закрыл дверь, и мы пошли к дому.

Тётя Ира ждала нас в прихожей. Она стояла под слабым светом одинокой лампочки, закутанная в тёплый пушистый платок поверх домашнего халата. Её лицо в свете казалось восковым, глаза — огромными.

— Хорошо, что вы пришли, — прошептала она, не здороваясь. — Коля… он обо всём догадался.