Книга Фиктивные. Моя по контракту (1 книга), страница 82 – Юлия Четвергова

Егор открывает дверь. В проходе оказывается Инга. Не тратя времени на приветствия, она окидывает его злым взглядом и залетает внутрь комнатушки, оттолкнув парня со своего пути.

— Мне сказали, что ты уже с кем-то уединился! Совсем охре… — Тут девушка видит меня и давится воздухом. — … нел? — Всё же заканчивает фразу, застывая посреди комнаты.

Картина маслом. Фальшивая жена и действующая любовница. Хоть сценарий к фильму пиши.

Инга стоит посреди комнаты, как земное воплощение Немезиды — идеальная, красивая, гордая. Как та, кто имеет полное право быть здесь.

В отличие от меня.

Взгляд девушки — острый, как лезвие, — скользит по мне. По моим босым ногам, поджатым к груди, по растрепанным волосам, по следам слёз на щеках. Я вижу, как в её глазах вспыхивает сначала недоумение, затем презрение, и наконец — ледяная ярость.

Сердце в груди бешено стучит. Его биение отдаёт в ушах оглушительной пульсацией. Присутствие Инги отравляет изнутри, смешиваясь с остатками ярости, стыда и той странной, предательской слабости, которую оставили после себя ласки Егора.

Я инстинктивно выпрямляюсь, пытаясь хоть как-то сохранить остатки достоинства, которого, по словам Егора, у меня никогда и не было. Но всё равно чувствую себя голой. Униженной. Пойманной на месте преступления, хотя я ничего не делала и вообще не обязана чувствовать стыд и вину.

Но я чувствую. Потому что в мыслях снова вижу всё то, что Егор делал со мной несколько минут назад.

И всё это кажется неправильным.

Егор стоит у двери в напряженной позе. Маска скрывает выражение его лица, но по тому, как сильно парень сжал руки в кулаки ясно — он не хотел, чтобы Инга видела меня здесь.

Не хотел, чтобы она застала нас вдвоём.

Что бы это ни значило.

Инга медленно оборачивается к Егору и цедит:

— Это что, шутка какая-то? — Её длинные чёрные волосы шёлковым водопадом струятся вдоль спины, вторя каждому мимолётному движению. — Мало того, что ты унизил меня сегодня на благотворительном вечере, так ещё и привёл сюда эту… девчонку? В наше место?

Их место?

Слова девушки бьют по больному.

Егор приводил её сюда. А значит…

Всё, что было между нами, было и с ней.

О, чёрт.

Меня сейчас стошнит.

— Я не собираюсь обсуждать с тобой свои решения, — голос Егора глухой из-за маски. Предупреждающе опасный.

Плотно закрыв дверь, Морозов делает несколько шагов вперёд, заслоняя меня от Инги. И от этого движения — инстинктивного, защищающего — что-то сжимается в груди. Давит неясным чувством.

— О, нет, милый мой, ты будешь. И начнёшь прямо сейчас. — Девушка издаёт короткий, нервный смешок, который режет слух своей неестественностью. — Решил поиграть в принца, спасшего Золушку? Флаг тебе в руки! Можешь развлекаться, сколько угодно, но я больше не собираюсь это терпеть.

— Тогда что ты здесь делаешь? — Спрашивает Егор, ничего не выражающим тоном, и снимает маску за ненадобностью.

От подчёркнуто пофигистичного тона парня, Инга теряется, на секунду растеряв всю свою браваду. Но быстро приходит в себя.

— Не смей играть со мной в эти игры, Аид, слышишь? — Шипит, не скрывая эмоций. — Бедненькая недотрога и её спаситель — это всё, конечно, мило, но ты кое-что забыл…

— Мы с тобой ничем друг другу не обязаны. Я тебе ничего не обещал. Забылась здесь только ты, — припечатывает Морозов.