Книга Вопреки твоим обидам, страница 51 – Дина Сдобберг

Я рассмеялся, потому что показалось, что мама сильно разочарованна. Но некоторые моменты жизни я всегда оставлял за пределами наших с ней разговоров.

Елена.

С прошедшей ночи, как будто что-то очень важное изменилось. Мы надолго уезжали из дома, но уже не для того, чтобы любоваться красотами Байкала, а чтобы побыть наедине.

Всё-таки при маме Булада мы старались держаться друзьями. Хоть и оба сомневались, что нам удалось её обмануть. Слишком уж сильным было между нами притяжение. Слишком уж хотелось хотя бы прикоснуться, чтобы ощутить ту силу, что скрывалась в нём.

У нас появилось своё развлечение. Я нападала, он просто удерживал меня, лишая возможности даже пошевелиться. Мог взвалить меня на плечо и отнести к своей маме. Мол, жаловаться пришёл, она меня обижает.

— Ну, поаккуратнее! — смеялась Жаргалсайхан. — Вы же ходите уже все в синяках, словно я вас тут палкой бью!

Изменились и наши разговоры. Булад очень много распрашивал о моём детстве, о работе. Я рассказывала. И про драки, и про Милку, и её родителей, принявших меня в своём доме.

— Знаешь, всё самое правильное в моей жизни, это Милка. Я наверное и от этого Сиррожи всё время ждала какой-то выходки потому, что не верила в этот брак. Понимаешь, чтобы мою Милку оценить нужен или такой же правильный зануда, или прям вот совсем оторви и брось, чтобы только по своему пёр по жизни, напролом. Такой, что ни законов, ни силы не признаёт.

— По описанию, бандит какой-то, — хмыкает Булад.

— Но такого к ней я бы не подпустила. Ещё не хватало Милане и с какими-то бандитами якшаться! Или обидят, или плохому научат, — отвечала я.

Вернувшись как-то после очередной прогулки, мы обнаружили перед домом навороченный внедорожник. Булад сразу нахмурился.

— Что-то случилось? — тут же почувствовала я изменения в его настроении.

— Машина Хайдапова, — кивнул он на внедорожник. — Моего отца.

— Это тому самому, которому мама твоя не ровня? — прищурилась я.

— Ну, у моей мамы был один муж. — Ответил Булад.

— И чего ему теперь надо? — не поняла я. — Если что, у меня большой опыт исключительно юридическим языком и при помощи перечисления статей объяснять бывшим мужьям где их очень ждут.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Булад. — Но это не бывший муж. Сам Ардан Лхасараевич сюда и носа не сунет. А вот мать его здесь частый гость. Знает, что мама поступит так, как заведено. Примет с уважением. Всё-таки пожилой человек, да и я ношу фамилию отца.

— Зачем? Вот с какой радости какому-то мужику столько чести? — скривилась я, вспомнив, что рассказывал Булад о своей маме и её замужестве.

Да и слова самой Жаргалсайхан о её чувствах и нежелании жить, я тоже хорошо запомнила.

В большой комнате, куда меня за руку повёл Булад, слышались голоса. Жаргалсайхан сидела в кресле, а напротив неё, на широкой стороне углового дивана, сидела, прижав руки к животу, очень пожилая женщина.

Одета, не смотря на возраст, она была весьма дорого и стильно. Видно, что не только об удобстве и соблюдении традиций думала, выбирая платье глубокого винного цвета. Да и голова её была не покрыта. Толстая коса, как бы не с мою руку, была уложена в тяжёлый узел на затылке. Я сразу поймала на себе внимательный и цепкий вгляд, прячущихся за тонкостенными линзами-хамелеонами глаз.