Книга Внезапно Папа, страница 50 – Татьяна Любимая

Олеся вспоминает, что она няня, и приходит на помощь:

— Матвей, а мы с тобой сейчас гулять пойдем. Во дворе я видела классную детскую площадку. Там качели есть, городок, горка.

— Вот видишь, у вас своя развлекательная программа, Олеся тебе скучать не даст.

Матвей разувается, срывается с места, только пятки сверкают. Пока мы с Олесей смотрим ему в след, не зная, что делать – то ли ждать, то ли за ним бежать, успокаивать, он возвращается. Подбегает ко мне и протягивает машинку. Ту самую, что ему Серега подарил.

— Это мне?

"Нет" – машет отрицательно. И опять взгляд – ты что, не понимаешь?

— Насте?

"Да"

А молодец, малой. Удивляет. Знает, как надо к барышням подкатывать.

"Это гены" – нашептывает внутренний голос.

Ну да, ну да. Если гены мои, то через десяток лет у меня будет серьезный конкурент.

— Ладно, передам обязательно. Я попрошу ее, чтобы она на обеде позвонила Олесе и поговорила с тобой, хочешь?

"Да"

— Отлично.

Жму ему руку как большому. В принципе, дети – не самые страшные существа на свете, особенно когда не орут.

Глава 13. Настя

— Настя, Насть, он гей! – истерично хохочет в трубку Олеська.

— Кто? Что? Ты о чем, Лесь?

— Шведов твой гей!

— Что за глупости, – фыркаю, – с чего ты взяла?

— Я сама слышала! Он с утра поехал на встречу со своим любовником. Слышала бы ты, как они ворковали. Михаил на громкую поставил, а я рядом была. И это… фу–фу–фу!

Молчу в шоке, не знаю что сказать. Не вяжется у меня информация с тем, что я видела и слышала. Какой же Шведов гей? Он же по юбкам! И Галя говорила, что с Дианой у него скандал был. Неужели для отвода глаз?

Да нет, не может быть. А как же его сальные взгляды на нянек и Леську? Игра?

— Насть, он наверное поэтому фотки свои не выкладывает, боится разоблачения.

— Лесь, я уверена, это какая–то ошибка. Отсутствие фоток в сети – это не показатель, а разговор… Я уверена, ты не так все поняла.

— Настя! Я его спросила!

— Что ты сделала?!

— Спросила гей он или нет. Прямо в лоб, чтобы не юлил.

О нет! Заче–ем? Полоумная!

— … И он признался, что да! Только, Насть, он просил никому не говорить.

— Господи, зачем ты мне сказала? Мне же с ним работать! Как я теперь на него смотреть буду?

— Ну прости–прости–прости! Мне нужно было с кем–то поделиться. Бли–ин, Насть, – заканючила в трубку Леська, – и зачем я к нему в няньки пошла? Вот кто меня просил?

— Ты не к нему пошла, а к Матвею. Как он, кстати?

— Матвей? Хорошо. Идеальный ребенок. Тихий. Сидит, мультики смотрит.

— Ты с ним поиграй, Лесь. Сказки почитай. Так, у меня звонок, позже созвонимся. И Лесь, никому – значит никому!

— Ага-ага.

Отбиваю звонок с Леськой, переключаюсь на другой, внутренний.

— Насть, идет твой, – говорит в трубку Роман Алексеевич, мужчина "в черном" с поста охраны.

Сегодня его смена и он сам спросил с утра, надо ли мне звонить, предупреждать о появлении шефа. Оказывается, бывшие секретарши практиковали. А я чем хуже? Я тоже хочу быть готовой к появлению Медведя. Тем более после вчерашнего нашего первого совместного рабочего дня сегодня не знаю чего от него ждать. А от Леськиной новости, что он нетрадиционной ориентации, я заранее смущаюсь. Михаил ведь наверняка догадается по моему лицу, что я в курсе. Нет–нет, я не гомофобка, просто… не верю, что Шведов такой.