Книга Внезапно Папа, страница 100 – Татьяна Любимая

Под разным углом смотрю на фотки и на спящего ребенка.

— Фиг так поймешь, да, Матвей? Вроде похож, а вроде и нет. Как там стрекоза говорила – орем мы с тобой одинаково? Ну хоть в чем–то схожесть есть…

— Но ты, Матвей, должен знать… Я тебя в детский дом не отдам. И бабушке не отдам, а матери тем более. Мы с тобой теперь вместе, семья. Привыкай. А папой я научусь быть, обещаю.

Спит малыш спокойным безмятежным сном. Не слышит мои излияния. Может и к лучшему, пусть еще пообвыкнется. Те фотографии, что забрал из бывшего дома сына, тоже кладу в альбом.

— Купим тебе отдельный, туда сложим вместе с новыми. Будет у тебя память.

Пальцы тянутся к белобрысой макушке. Отдергиваю в последний момент. Разбужу еще.

— Ладно, Матюха, спокойной ночи.

На цыпочках выхожу из детской, прикрываю дверь.

А теперь наведаемся к другой малявке.

Постучать? Я же играю в "пьяного". Пусть списывает на состояние. Если что – уйду в несознанку, типа не помню.

Распахиваю широко дверь. Для правдоподобности пошатываюсь вместе с ней.

Всматриваюсь в темноту.

Шторы задернуты, но тусклый ночник освещает плавные женские формы, скрытые одеялом. Не шевелится. Не верю, что не слышала, как хлопнула входная дверь.

Притаилась. Делает вид, что спит. Дурочка мелкая. Чем больше ты притворяешься, тем больше мой внутренний зверь рычит и хочет присвоить тебя себе.

Шатаясь, приближаюсь к ее кровати. Черные волосы рассыпаны по подушке. Одеяло до ушей натянуто.

Громко посопев, обхожу ее кровать с другой стороны и падаю рядом в одежде, поверх ее одеяла. Разворачиваюсь лицом к Насте.

Не шевелится.

Одним движением притягиваю к себе девчонку вместе с одеялом.

— Вы что творите?! – верещит тихо.

Извивается, но я держу крепко. Хорошо, что руки у нее под одеялом, а то прилетело бы мне сейчас.

— Тс–с–с. Спи. Не бойся, не трону, – шепчу, прижимаясь губами к волосам, от запаха которых пьянею по-настоящему.

Затихает. Чувствую, как колотится ее сердечко. Или это мое?

— У вас что–то случилось? – спрашивает шепотом.

— Завтра, Насть. Все завтра. Спи.

Лежит тихо-тихо, не шевелится, а я засыпаю. Как никогда мне хорошо рядом с моей девочкой.

Глава 28. Настя

Как?! Как спать теперь?

Медведь под боком, я в коконе из одеяла и его рук. Не вырваться. А он пьян!

Вот где он был, с кем пил? С женщиной? Сама мысль, что он мог быть с другой, причиняет боль.

Принюхиваюсь – запах алкоголя и самого Шведова. Мне кажется, если бы от него пахло женскими духами, у меня остановилось бы сердце…

Жду, когда уснет, прислушиваюсь. Дыхание выравнивается. Спит.

Попробовать сбежать к Матвею?

А я не хочу.

Я хочу вот так, с ним, с Медведем. Который только внешне гризли, а на самом деле панда. Мягкая, добрая, улыбчивая.

С трудом, но разворачиваюсь лицом к Михаилу. Сворачиваюсь калачиком, прижимаюсь лбом к его груди. Так его запах ярче, а алкоголь почти выветрился. Тяжелая мужская рука лежит на мне приятной тяжестью. Низ живота сладко ноет. Знал бы ты, Медведь, мои мысли…

Незаметно засыпаю сама. Во сне мне хорошо в объятиях моего Медведя, в его поцелуях, признаниях, что я у него одна единственная сейчас и навсегда. Таких искренних, что я безоговорочно верю и люблю не меньше.

С нами рядом его сын. Мы все счастливы. Мечта во сне превращается в реальность.