Книга Развод неизбежен, страница 75 – Юлия Бузакина

Она сочувствующе вздыхает.

— Могу добавить ещё половину ампулы, это максимально допустимая дозировка. Но проспите до завтрашнего вечера.

— Отлично, меня устраивает такой расклад. А долго ждать эффекта?

— Пара минут — и отправитесь в царство снов.

— Скажите, вам удалось связаться со следователем Тумановым? — неотрывно следя за тем, как игла всасывает в шприц лекарство из ампулы, интересуюсь я.

— Вы уверены, что правильно назвали его фамилию? Я звонила в полицию. К сожалению, такого следователя не существует.

Медсестра стоит ко мне спиной. Она сосредоточена на процессе, и я окончательно осознаю, что меня заперли здесь надолго.

Но нет! Я не позволю маме и Саше вот так просто от меня избавиться…

В глазах темнеет, и я набрасываюсь на медсестру.

Она не ожидает нападения, поэтому вскрикивает и роняет шприц на пол, а сама теряет равновесие, толкает грудью тумбу, и я изо всех сил толкаю ее к кровати, умудрившись в одно мгновение подхватить с пола шприц.

Когда на кону твоя жизнь, ты становишься отчаянно опасной. Вот и я, привычная рассеянная клуша по жизни, та самая клуша, которая не видит ничего дальше экрана своего ноутбука и пионов в саду, внезапно стряхиваю с себя ворох рассеянности.

Не давая женщине опомниться, я вонзаю иглу ей в бедро и быстро ввожу снотворное.

«Надо не выпускать ее из палаты всего пару минут. Пара минут, и она начнет засыпать» — мелькает в голове единственная спасительная мысль.

Медсестра отчаянно тянется рукой к тревожной кнопке над кроватью, но я успеваю сбить ее руку.

— Что вы делаете?.. Прекратите… — изумленно выкрикивает она, но я оказываюсь на ней верхом и с силой вжимаю ее лицом в подушку.

Мы боремся. Отчаянно, дико. Моя цель — не подпустить ее к тревожной кнопке и к двери. В какой-то момент я оказываюсь под ней, но умудряюсь столкнуть ее с себя, и она падает с кровати на пол.

Поднос с грязной посудой тоже падает на пол.

Я хватаю подушку и кидаюсь следом за соперницей. Бью ее по лицу — с отчаянно силой, не давая сосредоточиться и закричать.

У неё из носа капает кровь, но мне ее ни капли не жаль.

Лекарство начинает действовать, я чувствую, как медсестра слабеет. Она ползет по полу к двери, пытается звать на помощь, но силы ее постепенно оставляют.

Я прислоняюсь спиной к стене. Сжимаю в руках подушку и пытаюсь отдышаться. От слабости у меня трясутся руки и ноги. В горле сухо, а в голове пульсирует адская боль. В глазах темно. Из горла рвутся всхлипы.

Я понимаю одно — мне надо немедленно прийти в себя и попытаться уйти отсюда незамеченной.

Моя надзирательница медленно, но, верно, засыпает на полу.

Выбившись из сил, я подползаю к ней на четвереньках и переворачиваю ее на спину. Расстегиваю белый халат, снимаю с ее головы медицинский колпак.

Переодеваюсь я в небольшой ванной комнате, которая встроена здесь же, в палате. Жадно пью воду из крана. Плескаю себе в лицо холодной водой, чтобы хоть немного собраться с силами и стать похожей на человека из медицинского персонала.

Мысленно молю судьбу, чтобы она помогла мне выбраться отсюда.

Я без связи, без денег, у меня нет никаких документов.

Забрав ключи от палаты, я гашу свет и запираю палату снаружи.

После этого спокойно иду по коридору, читая прыгающие перед глазами вывески. Мне нужен выход. Я всегда ненавидела больницы за то, что никогда не знаешь, где выход — все вокруг однотипное.