Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 232 – Владимир Ланге

Глаза Рахель сияли лучезарной улыбкой, озаряющей все вокруг светом утренней зари. Нежно улыбаясь, девушка протянула счастливому мужчине желтое солнце, которое вдруг превратилось в сочную желтую грушу. Альфонс боялся пошевелиться во сне, он хотел вечно пребывать в этом забытье, в котором жила его любимая. Наконец-то он был счастлив. Чуть склонив голову, девушка заговорила с ним, но маминым голосом:

— С болезнью прими спасение. Молитвы Марии, твоей матери, услышаны Господом. Теперь все позади, не бойся, возьми эту грушу. Она сладкая.

Потом небесная Рахель доверчиво вложила ему в руки грушу, ярко-желтую в своей спелости. Грушевый сок капелькой светился на ее губах. Прекрасная Рахель истаивала в сиреневом облаке, а сок из груши капал на мужскую ладонь и стекал между пальцами.

Альфонс очнулся, видение исчезло. Холодно стало в его груди. В той реальности, в которой он жил, не было места сиреневому туману и черноволосому ангелу в сарафане из серебристых нитей. Его бледную руку держала в своих руках Валентина, и ее крупные слезы катились из опухших глаз, орошая ладонь мужа.

Альфонс не чувствовал больше боли, она осталась за пределами его чувств. Он улыбнулся жене. Теперь Альфонс точно знал, что скажет на прощанье своему сыну, но тот опоздал и не смог получить последнее благословение отца.

Когда хоронили отца, Ронни скорбел душой, ибо только перед его могилой он понял, как мало знал о нем. Мама с детства пугала его наказанием отца: «Ронни, вот, папа придет – и расскажу о твоих проделках! Уж он тебе покажет!», но отец его не наказывал, он редко бывал дома. Только совсем недавно, за месяц до выхода на пенсию, Ронни увидел, как добр был отец к нему.

В тот вечер срочно нужны были деньги, чтобы проплатить кредит. Мама денег не одолжила, и Ронни отправился домой. Ему было обидно, что даже родители ему не помогли, он сам еще не оправился от болезни, чтобы подрабатывать на стороне. Ронни подходил к воротам дома, как вдруг его окликнул отец.

— Не торопись! Подожди! Ронни, возьми этот конверт, а на мать не обижайся.

Отец отдал ему конверт и пошел обратно домой, потягивая на ходу свою старую трубку. В свертке оказались деньги, необходимые для погашения долга. Это было так неожиданно, что Ронни растерялся и только сказал ему вслед: «Спасибо, папа, я тебе верну». Всю жизнь он боялся огорчить отца, но так и не успел сказать ему о том, что очень любит его. Так уж вышло.

После похорон Альфонса что-то изменилось в душе его сына. Ронни стал бояться заболеть, боялся смерти и того, что так и не понял, зачем он все-таки родился на свет!

Жизнь казалась ему теперь обременительной ношей. В мире он не нашел любви и справедливости, в нем правили агрессия, деньги и похоть. Убогая нищета и высокомерная роскошь соседствовали под этим синим небом, как две подруги. Злоба в людях рождала ненависть друг к другу. Как тут не усомниться в том, что Бог добр? Временами Ронни стал ловить себя на мысли, что мир уже готов к самоуничтожению. Тогда им овладевало уныние от бесполезности всех усилий его изменить, и горечью травилось его сердце.

Молодость прошла безвозвратно, оставив ему на память тот высохший колодец, который когда-то бурлил радостью и надеждами.