Книга Цена любви и мести, страница 167 – Анастасия Разумовская

— А будешь ли жить ты, Эстэль? — спросил Ширан. — Почему ты не спрашиваешь меня об этом? Ты меня очень разочаровала. Подумай над этим.

Дверь вновь открылась, и появился Баэрд.

— Проведи нашу гостью в комнату, — велел Ширан и снова подошёл к окну.

Оставшись один, он прошёл к столу. Тяжело опустился за него, облокотился и уткнулся лбом в ладони. Кабинет погрузился в тишину. Ширан окаменел от горя, перестал что-либо чувствовать и словно погрузился в ядовитые ледяные воды. Вернувшийся Баэрд почтительно замер у двери, не решаясь потревожить господина. Наконец, тот поднял голову.

— Верни мне её, — велел глухо. — Отправляйся в Барсово королевство и возвращайся с ней.

— С живой или мёртвой?

Ширан криво усмехнулся.

— Смерть ещё надо заслужить. Ирис нужна мне живой. Сообщи, что узнаешь про этого… Юния. И как он связан с Елисель. Впрочем, думаю, это одно и то же лицо. Привези мне обеих.

Баэрд поклонился.

— Если со второй возникнут сложности, убей её. А сейчас вели Айтонасу спуститься в подвал.

Ширан поднялся и вышел, не дожидаясь ответа. Да он ему и не был нужен. Герцог прошёл в комнату, смежную со своей спальней, подошёл к столику у окна, наклонился и коснулся губами нежных ирисов.

— Что ты наделала, девочка, — прошептала тихо, — что ты наделала!

Вдохнул нежный, неуловимый человеческому обонянию аромат. Прикрыл глаза. На миг ему показалось, что он слышит её сбивчивое дыхание, касается пальцем нежности не лепестков, а её кожи. Ирисы в его руках вспыхнули и осыпались пеплом. Ширан скрипнул зубами, вышел и стремительно сбежал по чёрной лестнице в подвал.

Герцога души рвал гнев.

Он прошёл под низкими сводами так быстро, что тяжёлый плащ разлетался, словно крылья. Побледневшая стража молча распахнула перед ним двери одной из камер. Ширан прошёл внутрь и остановился напротив окровавленного, прикованного к стене человека, цвет волос которого невозможно было не различить из-за крови.

— Не тебе тягаться со мной, мальчик, — процедил герцог с презрительной злобой. — Скажи, чего ты добился?

Он наклонился, задрал лицо пленника, и вряд ли даже королева Вилиан сейчас могла бы опознать в бедняге своего сына.

— Слушай меня, Эйв, — прошипел Ширан в спёкшееся от крови лицо, — слушай, пока ты ещё способен слышать и понимать сказанное. Хочу, чтобы ты знал, что будет дальше. Ирис я верну. Я зол на неё из-за этой выходки и, возможно, никогда не прощу её побег. Ты доживёшь до того дня, когда Ирис вернётся. И я заставлю её смотреть, что бывает с теми, кто пытается что-либо у меня отнять. Она будет рыдать и валяться у меня в ногах, умоляя меня пощадить тебя. А ты будешь видеть, чем платит твоя сестра за твою продление твоей никчёмной жизни.

Эйв посмотрел на него затёкшим глазом.

— Ты жалок, — плюнул сквозь зубы. — Мужчина, не сумевший с достоинством принять отказ женщины. Ломающи её разум ради того, чтобы влюбить.

— Мне не нужна её любовь, мальчик. Мне нужно только её тело.

Эйв рассмеялся, облизнул распухшим языком окровавленные губы:

— Кому ты лжёшь, старик? Себе или мне? Если себе, то ты вдвойне жалок.

— Мой господин? — бесшумно вошедший Айтонас замер у порога.

Это был высокий, тонкий человек с серыми лисьими глазами в блестящем пенсне. Лопоухий. Длинные рыжие волосы собраны в хвост.