Книга Цена любви и мести, страница 165 – Анастасия Разумовская

Она перехватила его руку и принялась целовать. Лион замер, осознавая.

— Это зелье вам собиралась дать Ирис! — крикнула Эстэль. — Она вас опаивала, ведьма… Она сказала, что соблазнит вас и вы женитесь на ней. Она хотела, чтобы вас с ней застали свидетели, и вы обязаны были жениться на ней!

— Но дала ты?

— Да, но я… я вас люблю. Я не могла допустить… Я должна была спасти вас…

— И брат в этом заговоре участвовал, верно?

Эстэль испуганно оглянулась на Лиона. Тот хрипел, пытаясь отдышаться. Сглотнула. Ширан усмехнулся. Продолжил допрос:

— Откуда Ирис взяла зелья?

— Она не говори-и-ила…

Ширан перевёл взгляд на Баэрда. Тот молча поклонился и вышел. Герцог наклонился к девушке.

— Вот видишь, ты отвечаешь и ведёшь себя как умница, — сказал мягко, — поэтому твоего брата не бьют. Когда я спрашиваю, надо отвечать, Эстэль. Когда говорю — выполнять. Ты же хорошая девочка, верно? Ирис отдала тебе зелье в руки, и ты решила, что всё то, что она наговорила — правда? Ты настолько глупа, Эстэль?

Девушка всхлипнула.

— Она не отдавала… она… она оставила ридикюль, и я…

Замолчала, закрыла лицо руками.

— Ты украла его? — ещё мягче спросил Ширан. — Ты поступила нехорошо, Эстэль. Я очень расстроен. Ты была моей невестой.

Лион молчал, тяжело дышал и слизывал кровь с разбитой губы.

— Простите меня… пожалуйста. Отпустите нас с братом и…

Двери открылись. Ширан посмотрел на вошедших Баэрда и Аарху.

— Хозяин, — старуха поклонилась.

Эстэль, обернувшаяся было к двери, зажмурилась от страха при виде уродливой колдуньи.

— Аарха, — голос герцога оставался мягким, но старуха побледнела при его звуках, а бородавки её напротив побагровели, — зелье страсти и забвения для Ирис варила ты?

Та повалилась на колени.

— Да, мой господин.

— Зачем?

— Чтобы она могла ублажить вас, мой господин. Мне было жаль девочку...

Ширан отвернулся. Губы его скривились в судороге. Помолчав, он хрипло уточнил:

— Тогда, в ту ночь, ты тоже давала Ирис зелье?

— Да, мой господин, — покорно прошептала Аарха.

Герцог закрыл глаза. Комната погрузилась в тишину, прерываемую лишь тяжёлым дыханием Лиона и всхлипами Эстэль.

— Аарха, — наконец снова заговорил Ширан, — что по закону положено тем, кто готовит это зелье, ты знаешь?

— Сожжение на костре, — хрипло прокаркала та.

Он встал, подошёл к ней. Поморщился.

— Встань.

Баэрд помог колдунье подняться с колен. Та припала поцелуем к руке хозяина.

— Ты заменила мне мать, — тихо сказал он. — Аарха, ребёнком я называл тебя мамой. Однако, повзрослев, я стал твоим господином, твоим герцогом. Зачем ты это сделала, Аарха? Ты знаешь, как я отношусь к тем, кто строит за моей спиной заговоры.

— Твоя воля надо мной, господин, — смиренно ответила старуха.

— Мне жаль, — шепнул он.

Ласково коснулся её щеки. Перевёл взгляд золотых глаз на Баэрда.

— Ты знаешь, что делать, — сказала устало.

— Когда? — угрюмо уточнил пёс.

— Сейчас.

Баэрд вывел старуху. Ширан обернулся к насмерть перепуганной и ничего не понимающей Эстэль. Глянул на Лиона.

— Ты ошибся, сын Исольва. Если бы я женился на всех, кого обесчестил, я был бы уже женат. Я не стану брать в жёны женщину, потерявшую честь до свадьбы.

— Мерзавец! — воспрянул духом Лион. — Ты! Ты обесчестил мою сестру! Трус! Я вызываю тебя…

Ширан отошёл к окну.