Книга Цена любви и мести, страница 163 – Анастасия Разумовская

Горий промолчал.

— Пособников не прощаю так же, — заметил Ширан мягко.

Первый советник обернулся к нему, опустился на колено, шурша шёлком, расправил подол халата и склонил голову:

— Ваша воля надо мной, Ваша Светлость.

Ширан задумчиво посмотрел на него. Лязгнула сабля.

— Почему ты меня предал, Горий? — шепнул ласково. — Ты, мой давний союзник? Открыл для меня город и дворец, зная, что я убью Белокурдов, но же решил спасти одного из них. Чего ты хочешь? Предать и их, и меня? Ради кого? Кому ты служишь?

— Я служу Мурсии, — возразил Советник. — Белокурды пережили себя, стали слабыми, изнежились. Надежда Мурсии на защиту от Южного континента только в вас. Не на союз с ирбисами. Новым королём должен стать сильнейший. Только сильнейший может защитить королевство.

Герцог приподнял его подбородок остриём сабли.

— Почему ты спасал моего врага, Гор?

— Он — мой сын, Ваша Светлость, — признался Горий со вздохом и чуть развёл руками. — Единственный сын.

Ширан задумался.

— Он первенец Кальдера. Как это получилось?

— Мы с Вилиан детьми полюбили друг друга, — прошелестел Горий бесстрастно. — Но я был — простой секретарь, а она — дочь герцога.

— Она выходила замуж не девой?

— Девой. Мы береглись.

Герцог хрипло рассмеялся и вложил саблю в ножны.

— У Кальдера были собственные дети? — спросил презрительно.

— Только Эйв и Ирис не от него.

Горий по-прежнему стоял на коленях, но от его фигуры веяло безмятежностью, и голос не дрогнул ни разу. Казалось, Первого Советника вовсе не волнует его участь. Ответы звучали так, словно вопросы были про поставки зерна.

— У тебя есть доказательства твоих слов? Письма королевы? Свидетели?

— Нет, Ваша Светлость, — усмехнулся Горий. — Королева была умна.

— Ты знал, что я убью её, но открыл мне пути?

Советник пожал плечами:

— Да, Ваша Светлость. Юношеские глупости давно позади. С моей помощью или без неё, вы всё равно бы это сделали, но без меня жертв оказалось бы больше.

— Ты знал, что Эйва не было во дворце в ту ночь?

Горий чуть улыбнулся. Склонил голову ниже:

— Да, Ваша Светлость.

Они помолчали. Ширан пристально наблюдал за мулякрой, рассекающей синеву. Коснулся пальцем стекла.

— Она думала, что неуязвима, — проговорил медленно, — что равных ей тварей нет в Ядовитом море. Но вот она здесь, и, хотя по-прежнему считает себя опасной, она уже игрушка, и её жизнь оценена и взвешена.

Обернулся к Советнику:

— Приготовь всё к коронации Дайна. К вечеру жду доклад о необходимых мероприятиях, расчёт средств и сроков. И вели приготовить мулякру на парадный обед в честь коронации.

По лицу Гория пробежала волна страданий.

— Это будет твоё наказание, — заметил её Ширан. — Но оно не значит, что я тебя простил.

Развернулся и ушёл. Первый советник закрыл глаза и тихо выдохнул. Вытащил платок и вытер лоб.

Замок Неупокоенных душ наводнили войска. Ветер трепал флаги. Муренцы, ругаясь сквозь зубы, устанавливали пушки на те стены, что уже были отремонтированы. Гремели телеги, провозя камень и глину для ремонта тех стен, что ещё нуждались во внимании каменщиков. Во двор въехал экипаж, из которого лихо выпрыгнул Лион, подал руку сестре и, сдерживая победную ухмылку, прошёл в замок. У дверей его встретил хмурый Баэрд, красноглазый от недосыпа. Провёл в кабинет хозяина. Герцог стоял у окна и смотрел вдаль.