Книга Милфа для генерала дракона, страница 106 – Кристина Юраш

Он несколько секунд молча смотрел на меня, пытаясь найти трещину в моей решимости.

— Не слишком ли поспешное решение?

Я покачал головой.

— Зато честное.

— Но ребенку...

— Моему сыну не нужна другая мать.

— Каждому ребенку нужна семья, — парировал граф.

Я спокойно выдержал его взгляд, позволив древнему, хищному весу своего внимания надавить на него.

— У него уже есть человек, который заботится о нем лучше любой женщины, которую вы способны мне предложить.

Граф тепло, почти по-отечески улыбнулся.

— Герцогиня Моравиа действительно была бы прекрасной матерью. Ее память — благословение.

Нет.

Не Лотесса.

Совсем не Лотесса.

Я вдруг отчетливо понял, что сейчас думал совсем о другой женщине, хотя говорил о своей жене. Я думал о той, что осадила мой дом. О той, что отравила мой покой и спасла моего сына.

И это открытие ударило меня сильнее любого сражения. Сильнее любого клинка.

Несколько секунд я просто смотрел на собеседника. В кабинете стояла звенящая тишина.

Потом я медленно произнес:

— Благодарю вас за предложение, граф. Но мое решение окончательно.

Вальден понял, что разговор закончен. Переговоры провалились. Он поднялся, поправляя кожаные перчатки с резкими, обиженными движениями.

— Что ж... жаль. Такие женщины редко остаются незамужними надолго.

Когда дверь за ним закрылась, кабинет погрузился в тяжелую, давящую тишину.

Я подошел к окну, вспоминая, как карета перегородила дорогу в дом.

Я отказал графу вовсе не потому, что был не готов снова жениться. Не из верности памяти. Не из страха перед переменами.

Я отказал ему потому, что не хочу терять другую женщину.

Я шумно вздохнул. Лотесса… Прости меня. Я ведь до сих пор люблю тебя. И именно поэтому так долго не хотел замечать очевидного. Сердце не изменило тебе. Оно просто… снова научилось жить.

И впервые с момента похорон мысль о тишине в доме не принесла мне облегчения.

Сон отступил не постепенно, а рывком, будто меня выдернули из тяжелой, мутной воды.

Голова гудела, в висках пульсировала тупая, ноющая тяжесть — отголосок приступа, оставивший в теле липкую, ватную слабость. Я осторожно села, кутаясь в домашний халат-платье.

За приоткрытой дверью в коридоре шептались горничные. Голоса были приглушены толстыми коврами, но слова долетали четко, как осколки, застрявшие в ране.

— …граф Вальден лично приехал.

— Конечно лично! Такие вопросы через письма не решают.

— Думаешь…

— А чего тут думать? Молодой вдовец. Состояние, связи, ребенок. Самое время снова жениться.

У меня внутри что-то холодное и острое скользнуло под ребра. Лотти. Её могила еще не осела. Земля над ней сырая, тяжелая, пахнущая глиной и увядшими лилиями. А здесь уже выбирают невесту. Переговариваются о приданом. Обмениваются вежливыми улыбками.

— А дочь его? Ты ее хоть раз видела?

— Красавица. Молодая. Говорят, что одна из лучших невест… Тем более папочка за нее хорошее приданое дает.

Дальше я уже не слушала. Медленно поднялась. Пол качнулся, будто палуба корабля в шторм. Пришлось опереться ладонью в холодную стену.

Пальцы оставили влажный след. Нет. Не сейчас. Не после всего. Неужели он уже готов стереть её из памяти, как черновик, от которого отказались?

Я вышла в коридор. Горничные испуганно ахнули, сжимая в руках подносы с бельем.