Книга Дракон и диковинка для драконёнка, страница 31 – Саша Винтер

— Это будет нашим маленьким тайным приключением, — отвечаю я. — А теперь пойдём обратно, и ты выберешь место, где сегодня будем играть!

* * *

Мы играем до самого вечера. Сначала в салки. Потом в прятки. Потом Тиберий придумывает игру, в которой мы изображаем драконов-разведчиков, которые должны тихо пробраться через вражескую крепость.

Я даю ему фору. Нарочно бегу медленнее, делаю вид, что вот-вот поймаю его, и каждый раз он ускользает с победным визгом.

Мы смеёмся как дети. Вот бы Дэйнарина привлечь к нашим играм! Расшевелить его промёрзшее сердце.

* * *

На следующий день начинается другая часть нашей новой жизни. Прямо с утра Шека сообщает, что сегодня у меня день встречи с наставниками для Тиберия. Лорд Харлан организовал день «смотрин».

Как я и собиралась, по основным предметам я учителей не меняю. Историю, грамоту, арифметику преподавать будут те же, что уже этим занимались.

А для новых дисциплин я придирчиво опрашиваю кандидатов. Мы это делаем вместе с Тиберием. Его задача — просто присутствовать и определять, нравится ему соискатель или нет. Я по его эмоциям всё чувствую.

Сначала я выбираю учительницу рисования — молодую этеру воды. Её зовут Аделина, и она из крестьян. Узнала о возможности поработать в замке лорда Харлана, пришла в надежде на шанс выбраться из нищеты. У неё отлично поставлена рука, и она с первого взгляда нравится Тиберию.

Наставник по движению и гибкости — молодой барон Фев. Он станет тем человеком, который учит драконёнка наблюдать мир, а не только запоминать факты.

Занятия начинаются на следующий день. Тиберий сияет.

Леди Марианна и правда переезжает и теперь живёт на другом этаже и в соседнем крыле. Она почти ни с кем не разговаривает. Ходит по замку как неприякаянное привидение, такое же молчаливое и грустное. Иногда она просто стоит у стены, прямая, как тень, и смотрит на меня с тяжёло заряженной холодностью в глазах.

Иногда мне даже становится немного неловко, что она такая одинокая. Но потом я смотрю на смеющегося Тиберия и понимаю: лучше пусть она смотрит на меня так, чем снова срывается на ребёнка.

Первая неделя пролетает мгновенно. И на седьмой день, когда я уже собираюсь ложиться спать, в комнату кто-то стучит. Я ещё в платье. Спокойно кричу: «Войдите!».

Дверь открывается. В мою комнату медленной поступью входит лорд Харлан. Всю эту неделю он был занят, мы виделись мельком только за завтраком, и он куда-то поспешно уходил. Сегодня он выглядит… напряжённо.

— Лорд Харлан? — тихо тяну я, поворачиваясь к нему лицом.

— Леди Элина, — рокочет он. И его взгляд опасно голодный, жадный, горячий. И меня затапливает жаром от одного его присутствия.

— Вы пришли, чтобы… — тяну я.

Он делает ещё шаг в комнату и закрывает за собой дверь. Во мне скручивается горячая пружина, но я лишь отступаю к окну. Не хочу ни останавливать, ни приглашать. Готова отдаться на волю этого мужчины.

Но лорд Харлан не спешит подходить. Смотрит, будто оценивает. А потом произносит то, чего я от него совсем не ожидаю в данный момент.

Элина

Сначала Дэйнарин просто изучает меня — медленно ведёт взглядом по телу, возвращается к лицу, внимательно заглядывает в глаза.

Во мне всё теплеет и скручивается. А он проходит ещё на пару шагов и произносит невозмутимым тоном.