Книга Двойной удар цветущей сакуры, страница 64 – Рина Львович

— Знаешь, — прошептал он, подходя к девушкам с кошачьей грацией, — я всегда считал своего брата нерушимой скалой. Но ты... ты только что нашла в этой скале трещину. И, клянусь всеми предками, я буду с огромным удовольствием наблюдать за тем, как эта трещина будет расти. И, Ася... береги свой язык. Он может стать твоим самым сильным оружием или самой короткой дорогой к эшафоту.

— Решил стать моей второй целью? — капитан перевела взгляд на первого господина. В нем не было угрозы или заигрывания. В нем был приговор клану Минамото.

Араками, который уже почти вышел из зала, остановился. Он медленно обернулся, и на мгновение его привычная маска лукавого трикстера сползла, обнажив что-то более глубокое и темное. Взгляд Аси Горной не был похож на гнев его младшего брата — это была не вспышка пламени, а холодный, расчетливый лед. Она смотрела на него не как на человека, а как на препятствие, которое подлежит устранению. Араками почувствовал, как по позвоночнику пробежал настоящий, животный холодок. Это было то самое чувство, которое испытывает добыча, когда понимает, что хищник уже выбрал точку удара. Мужчина молчал несколько секунд, всматриваясь в её глаза. Затем он медленно, почти благоговейно, улыбнулся. Но эта улыбка больше не была заигрыванием — она была признанием опасности.

— «Второй целью»... — повторил он, пробуя слова на вкус. — Как поэтично. Значит, я не просто развлечение в твоих глазах, а часть плана по зачистке? — Он сделал один короткий шаг назад, словно инстинктивно увеличивая дистанцию безопасности. — Знаешь, Ася-сан... в этом доме все либо боятся Ёсихиро, либо пытаются ему подражать. Но ты — первая, кто смотрит на нас обоих как на мишени. Это... освежает. — Он снова склонил голову набок, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. — Я не буду обещать тебе покорности, но обещаю одно: если ты действительно решишь стереть нас с лица земли, я буду тем единственным в этом проклятом клане, кто будет аплодировать тебе с самого края могилы. — С этими словами он исчез за дверью, оставив после себя шлейф из тревожного предвкушения и осознания того, что в поместье Минамото только что появилась сила, которой плевать на их титулы, их честь и их жизни.

Когда шаги братьев затихли в коридоре, Касуми осторожно положила руку на плечо подруги.

— Ну что, непобедимый боец... кажется, мы только что официально объявили войну самому влиятельному человеку в этом доме. Теперь нам точно будет не скучно добираться до нашего мира.

Ася подняла оброненную катану и с должным уважением к оружию, вернула меч на его законное место. Девушки вышли из тренировочной, где снова наткнулись на Арками, который, оказывается, продолжал наблюдать за пленницами. Расслабившееся было лицо блондинки, снова приобретает суровый, сосредоточенный вид.

— Я предлагаю перемирие. — Первый сын клана поднимает руки вверх в качестве примирительного жеста. — На один день. Без интриг, без подстав, без попыток превратить вас в наложниц или солдат. Просто день, чтобы вы пришли в себя и поняли, что даже в аду можно найти уютный уголок, если знать, с кем пить чай. Что скажешь, Ася-сан? — Мужчина обращался к морпеху, но смотрел при этом на Касуми, словно искал поддержку. — Или ты предпочитаешь начать войну на два фронта прямо сейчас?