Книга Единственная, кого не выбрали, страница 116 – Стейси Кроу

— Мы инсценировали ссору, — голос Джерома был ровен, без тени привычного легкомыслия. — Притворились врагами. Я должен был выглядеть предателем, готовым на всё, даже на убийство. Чтобы Эйгар поверил, что наш дом расколот, что мы уязвимы. Чтобы он раскрыл свои карты.

Он говорил, а я слушала, и каждое слово падало в ледяную пустоту моей груди, как камень в бездонный колодец.

— Мы знали, что он попытается использовать это. Что он подтолкнёт меня к краю. И мы ждали. Собирали доказательства. Искали свидетелей. А когда нашли достаточно…

Он замолчал. Опустил глаза. И впервые за всю свою речь его голос дрогнул.

— Когда мы нашли достаточно, я сделал то, что должен был сделать. Я вынес девушку что играла роль близкой фаворитки моего брата на балкон. И сбросил в пропасть.

Зал ахнул.

Я сидела, вцепившись пальцами в скамью, и смотрела прямо перед собой. Не на него. Не на Каэла. Просто в пустоту. Я играла роль.

— Это было частью плана, — продолжал Джером. — Я знал, что Каэл поймает её.

Он поднял голову, и наши взгляды встретились. На одно короткое, бесконечное мгновение.

— И это сработало. Эйгар убедился в том, что между нами с братом вражда. И отправил меня в темницу. От куда я успешно сбежал домой. Конечно за мной послали наёмника. Но мой брат не так глуп, он убедил Эйгара послать с его наёмником нашего человека, который предотвратил погоню за мной и, вероятно, моё убийство.

Он отвернулся. Совет зашумел. Послы зашептались. А я сидела и смотрела на свои руки, сложенные на коленях, на рубиновые камни ожерелья, пульсирующие в такт бешено колотящемуся сердцу.

Я оказалась разменной монетой.

Моё падение было инсценировано. Мой страх, мой ужас, молитва в последнюю секунду перед тем, как пустота поглотила меня, - всё это было частью плана. Принц спас меня не потому, что бросился за мной в отчаянии. Он спас меня потому, что знал: я упаду. Он ждал этого. Он всё рассчитал.

Больше нечем было прикрывать эту пустоту.

Я поднесла руку к шее, к холодным камням ожерелья, и мне показалось, что я чувствую под пальцами не металл, а лёд. Тот самый лёд, из которого построен этот дворец. Тот самый, что заполз мне в грудь и теперь медленно, неумолимо разрастался внутри.

— Эллис.

Голос прозвучал совсем рядом. Я подняла глаза.

Передо мной стоял Лука. Лицо его было бледным, в глазах плескалась такая боль, будто это его сейчас приговорили, не меня.

— Ты должна выйти, — сказал он тихо. — Совет вызывает тебя. Ты — следующий свидетель.

Я кивнула.

Встала. Расправила складки рубинового платья. Поправила ожерелье, тяжёлое и холодное на разгорячённой коже.

И пошла.

Каждый шаг отдавался в висках глухим, ровным стуком. Я шла мимо советников, мимо послов, мимо стражников с обнажёнными мечами. Мимо короля Эйгара в цепях, мимо короля Лоска с гранитным лицом, мимо принца Джерома, который смотрел на меня так, будто я была призраком.

Я остановилась у трибуны.

Повернулась к залу.

И встретилась взглядом с принцем Каэлом.

Он смотрел на меня. В его стальных глазах не было торжества, не было холодного расчёта. Там было что-то другое — то, что я уже видела однажды, в ледяном лесу, когда он держал меня в объятиях и сердце его колотилось так же быстро, как моё.

Но теперь я не верила этому взгляду.

Потому что всё было ложью.