Книга Жена северного князя, страница 19 – Адель Хайд

На возвышении стояло два трона, и князь меня повёл и усадил на трон, причём насколько я поняла до меня рядом с князем мать сидела, а теперь вроде как я стала княгиней.

Если бы взглядом можно было убивать, то княгиня Ольгерда убила бы меня не один раз, потому как я заняла её место, но глядя на князя мне думалось, что он был рад не меньше, чем княгиня Ольгерда зла.

«По всей видимости князь пытается выбраться из-под гнёта властной матери, которая, как взяла власть, после гибели его отца, так и не отдаёт,» — подумала я.

Княгиня же стояла со всеми остальными боярами. Хотя боярин Остромир, который свою Любаву сватал, приказал принести стул для княгини, но она не стала садиться, а со скорбным видом стояла и смотрела на сына.

А я снова обратила внимание на пожилого мужчину, который вчера на ужине смотрел на меня. Так же и сейчас он смотрел, тяжело, но с интересом. И когда начали поздравлять и дарить подарки, он тоже подарил подарок и мне, и князю. Князю он преподнёс короткий толстый меч. И видно было, что меч этот из какой-то особой стали, потому что на лице князя появилась искренняя радость, и он, встав с трона обнял мужчину.

— Спасибо, Будай, — сказал он.

А мне Будай подарил небольшой кинжал, а к нему пояс кожаный. И меня он сам обнял, и негромко, так чтобы слышала только я, произнёс:

— Носи, княженка, не снимая.

И я подумала, что надо бы всё же выяснить, кем этот Будай князю приходится. С боярами Будай не пересекается, а князь его любит и уважает.

Когда все подарки были подарены, я даже не успела ничего сказать, как княгиня Ольгерда распорядилась всё унести. А я-то понадеялась, думала, свадьба закончится, пойдём разбирать подарки. И до того, как Ольгерда распорядилась их унести, у меня ещё оставалась надежда, что их всё-таки куда-то в доступное для меня место отнесут, но глядя на довольное лицо «матушки», надежда тихо умерла.

А потом вдруг я очень явственно осознала, что сейчас свадьба-то закончится, нас проводят в княжеские покои, и будет моя брачная ночь. Пусть для меня она и не первая, но я надеялась, что для Ингирры всё же первая, очень мне не хотелось никаких сюрпризов. А то представить даже страшно, что тогда Ольгерда сотворит.

Поэтому, даже несмотря на то, что я знала, что ожидать от брачной ночи, мне как-то всё равно стало страшно.

И как только я об этом подумала, вся эта историческая нереальность вдруг стала реальной. Я поняла, что ведь это теперьесть моя жизнь.

Глава 12

Но пока до конца свадьбы время ещё было. Еду носили и носили, и когда только успели наготовить! Слуги так и мелькали перед глазами. Пахло всё вкусно, вот только обидно было то, что на столы-то гостям носили, а нам с князем на стол так ничего и не поставили. У них тут что, молодожёнов принято голодом морить?

На пир были приглашены и хирдманы, но не все, я так поняла, что Ругенвальд взял с собой четверых наиболее знатных. Посадили воинов иноземных на почётных местах, сразу после бояр, по центру стола, и никаких провокаций ни от матушки, периодически бросавшей злобные взгляды, ни от её верных бояр, больше не было.

Красавицы Любавы тоже не было за столом, и хотелось бы верить, что её может обратно отправили, раз князь уже женился. Но что-то мне подсказывало, что княгиня так быстро не сдастся. И с ужасом приходили воспоминания о жёнах Ивана Грозного. Оставалось надеется, что Яромир не Иван Васильевич, а я всё же гораздо более подкована, чтобы даже в этой реальности выжить.