Книга Осколки ангельской души, страница 34 – Людмила Черныш

— Теперь это уже не имеет никакого значения, — ответила она, и в ее голосе послышался звон холодного металла. — Завтра на рассвете состоится суд. Твоя Вивиан получит свой окончательный триумф. Ты получишь свою идеальную партию и благословение инквизиции. А я... я наконец-то стану свободной от твоего удушающего света. Свободной от необходимости притворяться той, кем я никогда не была.

Она медленно, торжественно указала рукой на открытую дверь.

— Уходи, Валериус. Возвращайся в свои сияющие залы к своей королеве искусственного пламени. И постарайся смеяться как можно громче. Смейся так, чтобы не слышать, как в этой предутренней тишине трещит по швам и осыпается пеплом твоя собственная, так тщательно выстроенная жизнь.

Валериус стоял неподвижно еще несколько бесконечных секунд. В его глазах, как в мутном омуте, боролись остатки прежнего, чистого чувства и новообретенная, черная ненависть, порожденная уязвленной гордостью. Но ненависть в этот раз оказалась сильнее. Он резко, порывисто развернулся и, не сказав больше ни единого слова, почти выбежал. Громкий, издевательский хлопок двери эхом пронесся по всей башне, вспугнув ночных птиц.

Лириэль осталась одна в густых предрассветных сумерках. Она медленно подошла к осколкам разбитой бутылки, усеявшим пол, и осторожно подняла один из них, самый длинный и острый. В его неровной грани отразился ее взгляд, бездонно-фиолетовый, холодный, лишенный слез и жалости.

— Разбитое зеркало не склеить никаким заклинанием, — произнесла она в пустоту, и ее голос был подобен шелесту осенней листвы на кладбище. Она медленно сжала осколок в ладони. Кровь, такая же густая и багряная, как у Валериуса, лениво потекла по ее тонким пальцам, капая на каменные плиты пола. — Но из его осколков можно выковать самое острое оружие в мире. Оружие, которое не знает прощения.

Жизни в академии подошла к своему логическому и сокрушительному финалу. Эмоциональные качели, на которых она качалась от надежды к отчаянию, достигли своей предельной точки разлома и сорвались в бездну. Лириэль больше не была существом, ищущим защиты или любви в других. Она осознала, что ее единственная опора и ее истинное спасение всегда были внутри нее самой. В той самой тьме, которой она так долго и напрасно боялась.

За окном наконец-то, словно по команде, ударил оглушительный гром. Первый настоящий, очищающий ливень обрушился на академию, безжалостно смывая остатки праздничных гирлянд, конфетти и пролитого на террасах вина. Лириэль закрыла глаза, вслушиваясь в яростный шум дождя, который барабанил по камням башни. Ее ждал официальный приговор, позор и изгнание, но сегодня она впервые за долгие, мучительные годы чувствовала себя по-настоящему живой. Она чувствовала себя свободной.

Она знала, что впереди время жарких, открытых противостояний, время ловушек на залитых солнцем тренировочных полигонах и появления новых, куда более опасных и интригующих игроков. Валериус окончательно ушел в тень своей уязвленной гордости, став лишь призраком из прошлого, но сама судьба уже начала перетасовывать колоду, готовя ей встречу с Адрианом. Его первобытная мощь, его обжигающая сила и... его торс вскоре станут совершенно новой, куда более чувственной и опасной ступенью в ее истории. Но все это было скрыто за завесой нового дня.