Книга Царевна по обмену. Между Финистом и Кащеем, страница 61 – Мия Рия

Не дожидаясь моего согласия, он просто грёб меня в охапку — считай, это терапевтическая прогулка ради борьбы с депрессией.

— Звучит подозрительно увлекательно, — призналась я, аккуратно перешагивая через спящих. — И немного опасно.

— Наоборот, берег — самое безопасное место в галактике, — подмигнул Кащей. — Опасно — это в лесу видений полном, но мы туда не пойдём. Галлюцинации и встречи с невиданными зверями тебе сейчас ни к чему.

Спустя полчаса мы брели по береговой линии. Я шла чуть впереди, он — сзади, а солнце всходило за нашими спинами. Его тень вытягивалась и увеличивалась с каждым шагом, будто стараясь занять всё пространство и поглотить меня саму.

Ветер бросил мне в лицо волосы, и я вынужденно остановилась, стараясь отлепить непослушные пряди. Этот момент сложно назвать романтическим.

Я развернулась спиной, подстраиваясь под ветер, и пошла задом наперёд. Теперь взгляд Люта не пронизывал мою спину, а ощупывал лицо без утайки.

Лёгкая усмешка играла на его губах, и я чувствовала себя не меньше чем Венерой Милосской — только с руками и укладкой «Божественная небрежность».

Небо окрашивалось в цвета, которых, казалось, не существует в природе — они были созданы специально для этого момента, для нас двоих. Волны накатывали на берег, словно пытаясь рассказать какую-то тайну, а я пыталась не сойти с ума от того, как его взгляд прожигал меня насквозь.

Всё казалось странным. Представляете? Сам Кащей! Тот самый, чьё имя лучше не называть, шагает босой по пляжу, закатав штаны до колен — весь из себя Рассветный принц. А из тёмного в нём только одежда. Романтика? Да ещё какая — будто сцена, померещившаяся в три часа ночи писателю-фантасту после чашки слишком крепкого космочая.

— Мы пришли, — он остановил меня, заключив в объятия. Я и не думала сопротивляться. Как говорит Ракета, поздно рефлексировать. И вообще, я теперь девушка свободная.

Кащей запрокинул голову, глядя вдаль, где небо сливалось с морем в едином перламутровом сиянии. А я разглядывала его шею, вернее, замысловатые узоры татуировок. Потом поднялась выше — к губам, на которых тут же вспыхнула улыбка.

— А почему сейчас, когда ты меня обнимаешь, я чувствую лишь ровное тепло? — поспешила перевести эмоции в конструктивный разговор.

— Раньше из тебя тянул силу Рик, а ты неистово тянула из меня. Сейчас я научился дозировать поток, а ты тянешь не так ненасытно, как раньше, как-то… неровно, что ли…

— Неровно?

— Волнами, — пояснил он и склонился чуть ближе. — Секунду назад, когда ты смотрела на мои губы, был всплеск жадности, — смутил он меня своим ответом.

Я сглотнула, устыдившись — то ли быть пойманной на горячем, то ли того, что он говорит об этом так открыто.

— Если хочешь, могу прибавить мощности до уровня «экстаз», — тихо сказал он, не отрывая взгляда, и я снова почувствовала то, что испытывала в первый раз — упоение. Но он тут же вернул всё как было.

— Но сейчас не время, Алиса. Тут не только море, рассвет, ты и я, а ещё тридцать витязей, — он указал пальцем на волны возле берега.

Ровная гладь волн исказилась, и перед нами начали появляться мужчины, выходящие прямо из-под воды. Статные, атлетичные, абсолютно одинаковые, как близнецы. Впереди вышагивал, видимо, командир, ведущий за собой бойцов: шесть линий по пять человек.