Книга Хирург моей души. Верните мне сына, барон!, страница 62 – Ника Мур

Маркиз сжался. Он увидел во мне не жену. Он увидел силу, против которой у негоне было алхимии.

Но в этот момент со стороны входа донесся странный звук. Не лязг решетки, атихий, мерный стук. Тук… тук… тук…

SOS.

Семён. Он был не просто наверху. Он был прямо над нами. В полу пещеры открылсяузкий лаз, о котором не знали даже инквизиторы.

Из лаза высунулась рука — тонкая, со знакомым шрамом на запястье. Но этобыла рука не Томаса. Это была Марта. Служанка, которую мы считали оставшейся взамке, была здесь. — Госпожа, бегите! — прошептала она. — Маркиз Филипп ужеподписал приказ о вашем сожжении. У вас есть один час, пока инквизиторыготовят масло для костров. Сын ждет вас в колодце Истины!

Глава 23

Узкий лаз в полу пещеры, прикрытый пластом слежавшейся соломы и подгнившимидосками, казался входом в самую преисподнюю. Но для нас он был единственнымшансом не превратиться в живой факел на монастырской площади.

— Госпожа, быстрее! — голос Марты дрожал, переходя в свистящий шепот. — МадамАгнесса уже пошла к Доминику. Она отдала ему шкатулку с вашими письмами…теми, что вы писали барону. Она всё рассказала!

Я замерла. Теплая рука Прохора легла мне на плечо, и этот жест мгновенно вернулмне способность мыслить. Мой муж, мой вечный хирург, уже сканировалпространство, оценивая риски.

— Ганс, бери маркиза. Неси его как мешок с овсом, если пикнет — зажми рот, —скомандовал Генри. Его голос в полумраке пещеры звучал как удар стали окамень. — Клара, иди за Мартой. Я прикрою тыл.

Маркиз Филипп попытался что-то возразить, его аура вспыхнула болезненным,ядовито-зеленым светом, но Ганс не церемонился. Огромный помощник баронаподхватил немощного старика, перекинув его через плечо. Филипп только жалобнохекнул, когда его прооперированная грудь прижалась к мощной спине воина.

— Агнесса… — прохрипел маркиз, — она… верная… она спасет…

— Она вас уже похоронила, Филипп, — отрезала я, ныряя в тесный проход вслед заМартой. — Для неё и Ордена вы — отработанный материал.

В лазе пахло сыростью, плесенью и чем-то резким, химическим. Этот запах я узналабы из тысячи — так пахнет неочищенная нефть. Семён… мой мальчик… он не простостроил мельницы, он копал глубоко. В Москве он всегда говорил, что энергия —это кровь цивилизации. Здесь он нашел кровь самой земли.

Мы двигались на четвереньках. Камень царапал ладони, холод пробирался под ногти,но я не чувствовала боли. Мой дар парапсихолога теперь работал на пределе: ятранслировала назад, в пустую пещеру, «картинку» нашего присутствия. Ясоздавала ментальный фантом: звук тяжелого дыхания маркиза, шепот Агнессы,возню стражи. Я должна была обмануть чувства Брата Доминика хотя бы на те сорокминут, что нам оставались до рассвета.

— Клара, ты как? — донесся сзади голос Прохора.

— Держусь, Прош. Мы почти на месте. Я чувствую его.

Семён был рядом. Его разум пульсировал впереди — четкий, логичный, лишенныйвсякого страха. Это был разум человека, который за пять лет привыкполагаться только на свои расчеты.

Проход внезапно расширился, превращаясь в небольшую камеру, в центре которойнаходился каменный ствол древнего колодца. Сверху, из темноты, свисал канатс привязанной к нему корзиной для продуктов.

— Колодец Истины, — Марта указала вверх. — Сюда сбрасывают отходы из кухни иподнимают воду. Это единственный путь, который не охраняют рыцари Ока. Онисчитают, что «пророк» слишком слаб, чтобы лезть по веревке.