Книга Завтра я стану огнём, страница 91 – Евгения Александрова

На сей раз неуловимый поворот головы был обращён к Ильхасу, а не только ко мне.

— Нет, учитель. – В мои ответы вернулось разнообразие.

— Потеряешь контроль без должной подготовки – начнёшь чувствовать слишком много. И если ты не хочешь закончить в состоянии человека, который решил стать частью булыжника или пепла от костра навечно, лучше учись уважать границы. Готовы? – спросил Кьестен, снова кашлянув. – Я дам вам немного времени на первый раз. Посмотрим, чему вы обучились, дети хаоса.

Быстро оглянувшись, я заняла место на полу, застеленном тонким ковром, тяжело вздохнула и постаралась как можно быстрее вернуться к тому чувству, которое пытался передать мне Арон.

Сосредоточиться на том, как бьётся сердце, как кровь бежит по венам. Почувствовать каждый кусочек тела: от пяток и пальцев на ногах до кончиков волос, собранных на затылке и касающихся спины. Внезапно я поняла, что волнуюсь. Впервые за долгое время привычное упражнение давалось с трудом – то и дело я теряла чувство присутствия в подушечках пальцев или отвлекалась и растекалась мысленно в пространстве, начиная думать о том, кто сидит недалеко от меня.

Вместо своего дыхания начинала слышать шум и дыхание соседей. Кто-то елозил по полу. Как назло, стоило потерять сосредоточенность, как зачесался нос. Я медленно выдохнула, пытаясь отпустить тревогу, – в конце концов, я здесь первый день, можно сказать!

Стоило позволить себе подумать об этом, как бесконечной чередой на меня свалились мысли про Бьёрна, про мой приезд в монастырь, про императора, собирающего новую армию…

Я услышала шаги учителя, когда стало слишком поздно пытаться собрать себя. Он положил руку мне на плечо – и меня мигом вышибло. В ушах загрохотало так, что я чуть было не оглохла, сердце забилось в десять раз быстрее, и я буквально увидела, как моя жизненная энергия распыляется в пространстве, как выплёскивается за границы моего тела и тянется прочь, оставляя меня без сил. Хотелось даже закричать от внезапно нахлынувшей пустоты и боли в груди, но и на это я оказалась неспособна.

Учитель выпустил меня через несколько мгновений, и я нашла себя сидящей на полу с приоткрытым ртом и дышащей так, словно меня волоком протащили за лошадью и бросили в поле. Окружающее плыло, и казалось, я слышу чужой смех.

— Если не начнёшь с самых основ, ты проиграешь, новенькая. Без фундамента любое здание рано или поздно рассыплется в прах. Не знаю, чему тебя учили дома, но здесь тебе придётся начать всё с самого начала, чтобы не превратиться в стихийное бедствие, – усмехнулся он. – Или кучку пепла.

Я молча кивнула, не открывая глаза, молясь, чтобы учитель оставил меня и ушёл. Шаги действительно отдалились, и когда я осмелилась открыть глаза, то убедилась, что не только у меня плохо с самоконтролем: как минимум трое или четверо учеников также попали под невероятную силу магического дара сентара де Торн и теперь точно, как я, пытались прийти в чувство.

Я сглотнула, заметив торжествующее выражение лица у Ильхаса. Ну да… Чему я училась у себя дома с Ароном? Ох, лучше не вспоминать. Конечно, он учил обращаться с даром – так, как мог и на что хватало его собственных сил. А ещё учил моему первому взаимодействию со взрослым мужчиной, только вот закончилось это печально для нас обоих.