Книга Изгнанная драконом. Лавка для его потерянного сына, страница 111 – Юлий Люцифер

Эррен повернулся к Мейре.

— Что нужно, чтобы вернуть огонь Тивену?

Харвик ответил раньше нее:

— Моя кровь, твоя кровь и сам мальчик. Живой. Здесь. На плите возврата.

У меня холод прошел по спине.

— Нет.

Он даже не посмотрел на меня.

— Ты спросил меня, милорд. Вот ответ. Огонь отделяли под хранительской клятвой. Без крови хранителя связь не разомкнуть. Без твоей крови род не признает возврат. Без тела мальчика огонь не найдет сосуд. Если попробуете иначе, он распадется. Или сожжет то, что осталось в ребенке.

Эррен не сразу ответил.

Я знала почему.

Потому что это звучало логично.

Потому что Харвик умел говорить не как злодей из рыночной страшилки, а как человек, который знает правила глубже остальных. Он не кричал “дай мне власть”. Он говорил: “без меня ребенок умрет”. И это было куда опаснее любого крика.

— Мейра, — сказала я. — Это правда?

Ключница сжала связку ключей. Ткань вокруг цепи смялась в ее пальцах.

— Не полностью.

Харвик резко повернул голову.

— Осторожнее.

Мейра побледнела, но не отступила.

— Я молчала достаточно, старший хранитель.

Эррен шагнул так, чтобы оказаться между ними не стеной, а границей.

— Говори.

Мейра облизнула пересохшие губы.

— Для очистки ячейки нужна кровь хранителя, это правда. Для переноса огня в другую ячейку — тоже. Но для возврата живому владельцу хранилище требует не кровь хранителя, а подтверждение трех связей: кровь владельца, кровь главы рода и ключ хранилища. Хранительская кровь нужна только если владелец мертв или если огонь переводят в родовое пользование.

Рувик перестал писать на мгновение.

Арса Денрит медленно повернулась к Харвику.

— Вы солгали.

— Она упрощает, — сказал Харвик.

— Нет, — ответила Мейра. Голос у нее дрогнул, но слово прозвучало ясно. — Я тридцать лет открываю это хранилище. Я знаю разницу между возвратом, переводом и очисткой. Если Тивен жив, его огонь можно вернуть без крови хранителя.

Эррен закрыл глаза на один вдох.

Не от облегчения.

От того, что Харвик только что попытался снова поставить себя между Тивеном и жизнью.

— Что нужно точно? — спросила я.

Мейра повернулась ко мне. Теперь она отвечала не родовому залу, а целительнице. Это было проще. В нашем деле точные вопросы часто важнее громких прав.

— Свежая кровь Тивена. Не высушенная. Не со старой повязки. Добровольно взятая, если хотите сохранить полный отклик. Кровь главы рода — Эррена. Открытая ячейка. Медная проводящая чаша. Ровный жар. И человек, который удержит тело мальчика от перегрева, когда огонь вернется.

— То есть целитель, — сказала я.

— Да.

Харвик тихо усмехнулся.

— Вы забыли добавить: целитель, который ни разу не возвращал отделенный драконий огонь живому наследнику.

Я не стала спорить.

— Не возвращала.

Эррен посмотрел на меня.

В его взгляде не было обвинения. Только вопрос, страшный для нас обоих.

Сможешь?

Я не ответила ему глазами. Не хотела обещать больше, чем знала.

— Я не делала этого раньше, — сказала я вслух. — Но я видела повреждение метки Тивена, снимала серое железо, удерживала его жар после приступов и знаю, где именно разорван луч. Если возвращать огонь будет кто-то из родовых целителей, которые не видели его последние дни и не знают реакции тела после ошейника, шанс меньше.

Арса кивнула.

— Логично.

Харвик посмотрел на нее.